Спектакль создается коллективным трудом.
Это режиссер, актеры, художники и многие-многие те,
кто остается невидимым зрителю,
но вносит свою лепту в творческий процесс.
Каждый из них – творческая личность,
а вместе – команда.
Это режиссер, актеры, художники и многие-многие те,
кто остается невидимым зрителю,
но вносит свою лепту в творческий процесс.
Каждый из них – творческая личность,
а вместе – команда.
Дорогие наши зрители!
Театральный журнал «Резонанс» вышел в свет в январе 2025 года и взял курс на постоянное обновление и развитие. Пусть он станет вашим советчиком и другом, путеводителем по афише, зеркалом театрального закулисья, фонариком, освещающим траектории режиссёрского замысла. Пусть он отразит ваши впечатления, чувства, мысли, вызванные театральным искусством. Пусть резонанс от наших спектаклей будет радостным!
Постоянные рубрики журнала предполагают подробное и вдумчивое знакомство с событиями, фактами, планами, атмосферой театра «Глобус». Каждая из них рассматривает определенную сторону творчества и того, что ему сопутствует.
«Процесс» — это история создания спектакля, этапы его развития вплоть до премьеры.
«Создатель» — зарисовки об участниках творческого процесса, будь то актер, режиссер, художник, композитор, служитель сцены.
«Тема» — это тематическая перекличка различных спектаклей, встречающиеся в них общие мотивы и совпадения, которые складываются в тренды и тенденции, помогая понять жизнь вокруг нас.
«Эпизод» — это слепок спектакля в одном эпизоде, наиболее полно выражающий идею и замысел создателей, акцент на какой-то грани спектакля, возможно, не замеченной на премьере. Это яркий фрагмент общей картины, это капля, отражающая море.
«Премьера» — это подробности состоявшегося спектакля, взгляд на него как на законченное произведение.
«Фотопозитив» — это фотографии с репетиций, отражающие наш позитивный настрой и отличное настроение, которое мы хотим передать зрителям.
«Моменты» — это интересные мгновения, выхваченные из гущи творческой жизни и пойманные объективом фотографа.
«Отклик» — это фотографии вас, зрителей, окликающихся эмоциями на увиденные спектакли.
«Контакты» — это координаты, по которым вы можете позвонить или написать, чтобы спросить, посоветовать, предложить, раскритиковать, поделиться впечатлениями.
Мы ждем обратной связи и будем рады более близкому знакомству с вами!
Ваш резонатор Яна Колесинская
Архивные материалы вы можете прочитать, если перейдете по ссылке на канал нашего журнала:
https://dzen.ru/id/68e104f31130210c9366334a
Постоянные рубрики журнала предполагают подробное и вдумчивое знакомство с событиями, фактами, планами, атмосферой театра «Глобус». Каждая из них рассматривает определенную сторону творчества и того, что ему сопутствует.
«Процесс» — это история создания спектакля, этапы его развития вплоть до премьеры.
«Создатель» — зарисовки об участниках творческого процесса, будь то актер, режиссер, художник, композитор, служитель сцены.
«Тема» — это тематическая перекличка различных спектаклей, встречающиеся в них общие мотивы и совпадения, которые складываются в тренды и тенденции, помогая понять жизнь вокруг нас.
«Эпизод» — это слепок спектакля в одном эпизоде, наиболее полно выражающий идею и замысел создателей, акцент на какой-то грани спектакля, возможно, не замеченной на премьере. Это яркий фрагмент общей картины, это капля, отражающая море.
«Премьера» — это подробности состоявшегося спектакля, взгляд на него как на законченное произведение.
«Фотопозитив» — это фотографии с репетиций, отражающие наш позитивный настрой и отличное настроение, которое мы хотим передать зрителям.
«Моменты» — это интересные мгновения, выхваченные из гущи творческой жизни и пойманные объективом фотографа.
«Отклик» — это фотографии вас, зрителей, окликающихся эмоциями на увиденные спектакли.
«Контакты» — это координаты, по которым вы можете позвонить или написать, чтобы спросить, посоветовать, предложить, раскритиковать, поделиться впечатлениями.
Мы ждем обратной связи и будем рады более близкому знакомству с вами!
Ваш резонатор Яна Колесинская
Архивные материалы вы можете прочитать, если перейдете по ссылке на канал нашего журнала:
https://dzen.ru/id/68e104f31130210c9366334a
В творческом процессе, скрытом от посторонних глаз,
происходит таинство, благодаря которому создается произведение искусства. Сегодня в процессе - репетиции спектакля «Онегин»
Тайная любовь королевы
Сергей Захарин начал репетиции спектакля «Стакан воды» Эжена Скриба про интриги английского двора, замешанные на двух основных социальных потребностях: во власти и в любви. Премьера 15 апреля.
Сергей Захарин предложил привнести в творческую жизнь театра традицию – начинать работу над спектаклем с особого ритуала. Так, кинематографисты в первый съёмочный день пишут на белой тарелке название будущего фильма и имена всех причастных. И торжественно разбивают её о штатив. Осколки сохраняют на память, а если тарелка не разбилась, то фильм может не выйти в прокат.
«Но мы ничего разбивать не будем, а поступим по-своему», – сказал режиссер и принес в репзал прозрачный стеклянный шар. Попросил актеров написать свои пожелания спектаклю и друг другу, сложить из них самолетики, опустить в волшебную емкость. Послания будут зачитаны на банкете в честь премьеры. Пока тайные записки остаются в шаре, они создают ауру творчества и сотворчества. Впрочем, актеры, занятые в спектаклях Сергея Захарина (он поставил в «Глобусе» «Олесю», «Тима Талера» и «Снежную королеву»), все как один отмечают, что репетиции и без ритуала всегда проходят так, что хочется горы свернуть.
Застольный период «Стакана воды» начался с чтения варианта пьесы, адаптированного к сегодняшнему дню. Французский драматург Эжен Скриб написал один из 150 своих опусов, пятиактную комедию «Стакан воды», в 1840 году. Главный режиссер театра «Глобус» Сергей Захарин приступил к ней в начале 2026-го, ужав 70-страничный текст на треть. Главное, были упразднены многочисленные апарты (реплики в сторону), характерные для разъяснительной драматургии прошлых веков, ведь современный артист умеет разбавить текст выразительными паузами и сыграть любое состояние без слов. Кроме того, исчезли излишние подробности политических интриг в Сент-Джемском дворце, зато укрупнилась любовная линия. Как известно, и нечего тут греха таить, самое интересное для зрителя – это любовь, а любовь знатных особ, включая королеву, тем паче.
Полное название пьесы – «Стакан воды, или Причины и следствия». Отталкиваясь от него, режиссер делает акцент на ключевой реплике виконта Болингброка: «Я стал министром потому, что умел хорошо танцевать сарабанду, и перестал им быть потому, что схватил насморк».
– Любое событие порой зависит от набора случайностей. Для сравнения я прочитал ряд различных историй на эту тему. Например, Наполеон, пришивая пуговицу, пропустил важное сражение, тем самым потерпел крушение во всей войне. В нашем сюжете из-за маленькой песчинки, то есть из-за обычного стакана воды, рушится карточный домик, – говорит режиссер.
Что касается личного краха, то если одного и того же красавчика любят сразу три женщины, то как минимум две из них останутся с разбитым сердцем. Прапорщик гвардейского полка Мешем мало того что патриот, а еще и пылко влюблен в продавщицу ювелирного магазина. Не в герцогиню Мальборо, хотя это чревато. И не в королеву Анну, хотя она ради него готова на всё.
Иван Урбанович и Анна Михайленко (на фото), разбирая мотивы своих персонажей, ищут зерно роли. Мешем от природы слишком порядочен, чтобы воспользоваться чувствами королевы. Королева слишком зависима от своего положения, чтобы поступать по велению сердца. Но сердце хочет слишком многого. А чем всё обернется… Проживем-увидим, как говорят мудрые люди.
26 января 2026 г.
Сергей Захарин предложил привнести в творческую жизнь театра традицию – начинать работу над спектаклем с особого ритуала. Так, кинематографисты в первый съёмочный день пишут на белой тарелке название будущего фильма и имена всех причастных. И торжественно разбивают её о штатив. Осколки сохраняют на память, а если тарелка не разбилась, то фильм может не выйти в прокат.
«Но мы ничего разбивать не будем, а поступим по-своему», – сказал режиссер и принес в репзал прозрачный стеклянный шар. Попросил актеров написать свои пожелания спектаклю и друг другу, сложить из них самолетики, опустить в волшебную емкость. Послания будут зачитаны на банкете в честь премьеры. Пока тайные записки остаются в шаре, они создают ауру творчества и сотворчества. Впрочем, актеры, занятые в спектаклях Сергея Захарина (он поставил в «Глобусе» «Олесю», «Тима Талера» и «Снежную королеву»), все как один отмечают, что репетиции и без ритуала всегда проходят так, что хочется горы свернуть.
Застольный период «Стакана воды» начался с чтения варианта пьесы, адаптированного к сегодняшнему дню. Французский драматург Эжен Скриб написал один из 150 своих опусов, пятиактную комедию «Стакан воды», в 1840 году. Главный режиссер театра «Глобус» Сергей Захарин приступил к ней в начале 2026-го, ужав 70-страничный текст на треть. Главное, были упразднены многочисленные апарты (реплики в сторону), характерные для разъяснительной драматургии прошлых веков, ведь современный артист умеет разбавить текст выразительными паузами и сыграть любое состояние без слов. Кроме того, исчезли излишние подробности политических интриг в Сент-Джемском дворце, зато укрупнилась любовная линия. Как известно, и нечего тут греха таить, самое интересное для зрителя – это любовь, а любовь знатных особ, включая королеву, тем паче.
Полное название пьесы – «Стакан воды, или Причины и следствия». Отталкиваясь от него, режиссер делает акцент на ключевой реплике виконта Болингброка: «Я стал министром потому, что умел хорошо танцевать сарабанду, и перестал им быть потому, что схватил насморк».
– Любое событие порой зависит от набора случайностей. Для сравнения я прочитал ряд различных историй на эту тему. Например, Наполеон, пришивая пуговицу, пропустил важное сражение, тем самым потерпел крушение во всей войне. В нашем сюжете из-за маленькой песчинки, то есть из-за обычного стакана воды, рушится карточный домик, – говорит режиссер.
Что касается личного краха, то если одного и того же красавчика любят сразу три женщины, то как минимум две из них останутся с разбитым сердцем. Прапорщик гвардейского полка Мешем мало того что патриот, а еще и пылко влюблен в продавщицу ювелирного магазина. Не в герцогиню Мальборо, хотя это чревато. И не в королеву Анну, хотя она ради него готова на всё.
Иван Урбанович и Анна Михайленко (на фото), разбирая мотивы своих персонажей, ищут зерно роли. Мешем от природы слишком порядочен, чтобы воспользоваться чувствами королевы. Королева слишком зависима от своего положения, чтобы поступать по велению сердца. Но сердце хочет слишком многого. А чем всё обернется… Проживем-увидим, как говорят мудрые люди.
26 января 2026 г.
Создатель - это участник творческого процесса, тот, кто вносит свою лепту в рождение спектакля. Театр начинается с актера, а продолжают его режиссер, сценограф, художник, хореограф, композитор...
ДВАДЦАТЬ ЛЕТ СПУСТЯ
Елена Иванова: логопед, педагог по речи театра «Глобус», доцент кафедры музыкального воспитания и сценической речи Новосибирского государственного театрального института.
Из репетиционного зала театра «Глобус» доносятся весьма странные звуки. Смех, пыхтение, распевка, завывания, горное эхо, стоны больного, мычание немтыря, что-то вроде шариковского «абырвалг» выстраиваются в шумовую картину дня. Это – внутренняя сторона дела, изнанка спектакля, разбег в искусство актера. «Давайте с вами раздышимся!» – предлагает Елена Владимировна. Командует: – Переходим к упражнениям на утяжеление!». Да тут настоящая физкультура, форма одежды – рабочая. На занятиях по речи ты пластилин в руках педагога, зато на сцене – властитель коллективных дум.
Обладатель рокочущего баритона Никита Лебедев приходит на урок по сценической речи поработать над дикцией, а затем перейти к «Генералу и его семье», куда он ввелся на восемь эпизодических ролей, а еще и управляет текстом автора. Елена Владимировна помогает провести перспективу через множество речевых звеньев. Харизматичный балагур Денис Васьков принес монолог плута и сплетника Загорецкого из «Горя от ума». Елена Владимировна показывает, как выделить ударные реплики, от которых зависит поворот сюжета. Чуть у актера в тексте запендя – есть к кому обратиться.
Греческий оратор Демосфен, стоя на краю скалы, перекрикивал шум волн с набитым камнями ртом. Британский политик Уинстон Черчилль избавлялся от шепелявости, произнося скороговорки перед зеркалом. Кинодива Мэрилин Монро маскировала природное заикание чувственным придыханием. Легендарный голос Победы Юрий Левитан читал текст стоя на руках. Актеры театрального института с первого курса занимаются у педагога по речи, начинают с азов. Проходят логопедический тренинг и артикуляционную гимнастику, вырабатывают диафрагмальное дыхание, положив на живот том Станиславского. Стоять на голове их не заставляют, но камешки во рту перекатывать приходится, а бутылочная пробка всегда в кармане. Елена Владимировна особенно любит индивидуальные уроки, для которых требуется нестандартный подход. Даже у самых талантливых ребят проскальзывают дефекты речи, не исправленными в детстве. Их можно и замаскировать, как Мэрилин Монро, но лучше безболезненно устранить, благо в арсенале самый современный инструментарий.
Продолжать совершенствовать речь необходимо на протяжении всей актерской карьеры. И это самое интересное для педагога – работать над ролью с готовым актером. Но в театр «Глобус» Елена Владимировна попала не сразу. Этому предшествовал длительный этап личностного и профессионального становления.
Во время учебы в Алтайском государственном институте культуры (факультет художественного творчества, кафедра сценической речи, специальность «преподаватель, руководитель литературно-поэтического театра») Елена Владимировна, тогда еще просто Лена, зажигалка-егоза, с небольшой компанией однокурсниц наведывалась в Новосибирск, а там – крышесносные впечатления от Рождественского фестиваля в «Глобусе». Стала приезжать сюда на премьеры, с каждым разом всё больше влюблялась в этот театр. Загадывала: хочу работать здесь и только здесь! Не актрисой, а по своей профессии – помогать служителям сцены отшлифовывать образ. «Где уж... куда уж...», – говорил ее любимый Астров. Зачехлила мечту, отодвинула на полочку будущего.
Диплом писала, разумеется, по материалам театра «Глобус» – моноспектаклям «Сто лет одиночества» и «Повесть о Сонечке», тема «Эволюция форм литературного театра». Во время защиты поступило предложение из Новосибирского областного колледжа культуры и искусства. Так она и переехала в Новосибирск. Параллельно работала часовиком в НГТИ – кафедра музыкального воспитания и сценической речи. Там «дождались, пока я сына подращу, и взяли в штат. А я в третий декрет умудрилась уйти», – разводит руками Елена Владимировна. Всегда хотелось иметь большую семью, но и работать на износ…
Педагог, стремящийся чему-то научить, сам должен непрерывно учиться, проходить переподготовку, несомненно, быть в курсе театральных событий «Глобуса», удостоиться звания Лауреата первой степени на Всероссийском конкурсе исполнителей художественного слова. Сама удивлялась, как еще и успевала ездить в Краснообск, где взялась за руководство поэтическим театром «Жираф».
Работа со школьниками – особая история. Елена Владимировна – не просто педагог, а режиссер, выстраивающий спектакль от начала и до конца. Она выводила ребят за рамки литературно-драматической композиции, ведь, считает она, где слово, там и действие, одно без другого не существует. В постановке «Деловые люди» по рассказам О.Генри пятеро школьников не просто жонглировали словами, персонажами и апельсинами, а еще и прыгали до потолка, ездили верхом друг на друге, пускались в неистовый фокстрот, кувыркались и падали, взлетали и парили, усаживались на стулья отдышаться и погружали зал в атмосферу шикарного юмора и тончайшей иронии. На поклоне Елена Владимировна мало чем от них отличалась – такая же юная, окрыленная и устремленная.
А как они творили «Евгения Онегина»! Читали не только Пушкина, но и Лотмана, разбирали каждую строчку, расшифровывали каждое слово, и, говорит она, «старшеклассники ждали репетиций, рвались в бой! Когда вскрываешь им мозги, то начинаешь замечать, как из беспомощных цыпляток формируются личности с убеждениями и собственной позицией. Чувствовать себя Пигмалионом – потрясающее педагогическое ощущение!»
Загрузка немыслимая. Дома дым коромыслом. Некогда даже перекусить. Донести бы голову до подушки, но обязательно посидеть с книгой, написать пост в ВК с цитатой из классика и резюмировать: «Еще главу – и спать». И вот, по дороге из пункта А в пункт Б, поступил звонок с незнакомого номера. Это было начало новой жизни.
Звонила директор «Глобуса» Татьяна Николаевна Людмилина. Театру нужен педагог по сценической речи, Василий Иванович Кузин (ректор НГТИ) рекомендовал… Ровно 20 лет прошло с того момента, как мечту отправили ждать своего часа! Но если в знаменитом романе Дюма повзрослевшие герои расстались с идеалами юности, то здесь всё происходило с точностью наоборот.
Недавняя студентка пролепетала: «Можно, я немножко подумаю над графиком?» Очнувшись, обратилась сама к себе: «Боже мой, море работы, как же мне распределиться-то… Но такие предложения, Лена, поступают раз в жизни». Что ж, пришлось расстаться с «Жирафом». Разве не приятно доверить свое детище ученикам, которых воспитывала для серьезной работы?
Три года назад Елена Владимировна впервые зашла в театр со служебного входа. Плутала по бесконечным лабиринтам, переходам, лестницам закулисья, где, казалось, невозможно ориентироваться без гугл-карты. Зато актеры встретили ее как родную, ведь учились у нее в институте, совершая открытия самих себя. А в начале нынешнего сезона она, фанатка Чехова, попав в постановочную команду спектакля «Дама с собачкой», еще раз убедилась: счастье есть!
С режиссером Игорем Тепловым совпало всё! Работали над лепкой фразы, расстановкой смысловых акцентов, вербализацией нематериальных вещей, укреплением режиссерской идеи речевыми средствами. Помогали актерам (а они уже опытные мастера) отстраивать шумные мизансцены, направлять речевой посыл в нужно русло. К примеру, выстроить путь Гурова от легкомысленного ловеласа до глубоко страдающего человека…
Молодежь тоже ее обожает: «Почему вас так долго не было, мы скучали!» Иногородние пишут в ВК: «Вы меня научили выговаривать звук «л»! Просто и доступно за десять минут перерыва между парами объяснили технику произношения и дали список упражнений. За неделю я выработала привычку произносить этот ненавистный ранее мной звук правильно. До сих пор вспоминаю и благодарю». А как иначе, если педагог в каждого вкладывает частичку себя. И обладает бесценным даром соединять непосредственную радость от красоты этого мира, детскую неугомонность, эмоциональную чуткость с требовательностью и строгостью доцента вуза.
Младшие Ивановы унаследовали от родителей творческий огонь. Тасе 18 лет – пропадает в театре, посещает тренинги, знает наизусть Пушкина, учится на режиссера досуговых программ. Степе 16 – закончил школу искусств по классу виолончели, самостоятельно освоил (не без помощи папы-музыканта, конечно) клавиши и гитару, будучи киноманом пересмотрел всю классику Голливуда. Мише девять – играет на аккордеоне, танцует в ансамбле «Метелица», планирует поступить в студию пластики и вокальную студию «Глобуса», и, говорит мама, «всю плешь мне переел, что хочет работать в театре». Так что преемники порастают, ведь счастливый пример заразителен.
Яна Колесинская
На фото автора: 1) Елена Иванова; 2) с учеником, актером театра «Глобус» Андреем Калашником; 3-9) занятия по речи в театре «Глобус»; 10-13) День артиста; 14) Поклон спектакля «Деловые люди».
16 февраля 2026 г.
Елена Иванова: логопед, педагог по речи театра «Глобус», доцент кафедры музыкального воспитания и сценической речи Новосибирского государственного театрального института.
Из репетиционного зала театра «Глобус» доносятся весьма странные звуки. Смех, пыхтение, распевка, завывания, горное эхо, стоны больного, мычание немтыря, что-то вроде шариковского «абырвалг» выстраиваются в шумовую картину дня. Это – внутренняя сторона дела, изнанка спектакля, разбег в искусство актера. «Давайте с вами раздышимся!» – предлагает Елена Владимировна. Командует: – Переходим к упражнениям на утяжеление!». Да тут настоящая физкультура, форма одежды – рабочая. На занятиях по речи ты пластилин в руках педагога, зато на сцене – властитель коллективных дум.
Обладатель рокочущего баритона Никита Лебедев приходит на урок по сценической речи поработать над дикцией, а затем перейти к «Генералу и его семье», куда он ввелся на восемь эпизодических ролей, а еще и управляет текстом автора. Елена Владимировна помогает провести перспективу через множество речевых звеньев. Харизматичный балагур Денис Васьков принес монолог плута и сплетника Загорецкого из «Горя от ума». Елена Владимировна показывает, как выделить ударные реплики, от которых зависит поворот сюжета. Чуть у актера в тексте запендя – есть к кому обратиться.
Греческий оратор Демосфен, стоя на краю скалы, перекрикивал шум волн с набитым камнями ртом. Британский политик Уинстон Черчилль избавлялся от шепелявости, произнося скороговорки перед зеркалом. Кинодива Мэрилин Монро маскировала природное заикание чувственным придыханием. Легендарный голос Победы Юрий Левитан читал текст стоя на руках. Актеры театрального института с первого курса занимаются у педагога по речи, начинают с азов. Проходят логопедический тренинг и артикуляционную гимнастику, вырабатывают диафрагмальное дыхание, положив на живот том Станиславского. Стоять на голове их не заставляют, но камешки во рту перекатывать приходится, а бутылочная пробка всегда в кармане. Елена Владимировна особенно любит индивидуальные уроки, для которых требуется нестандартный подход. Даже у самых талантливых ребят проскальзывают дефекты речи, не исправленными в детстве. Их можно и замаскировать, как Мэрилин Монро, но лучше безболезненно устранить, благо в арсенале самый современный инструментарий.
Продолжать совершенствовать речь необходимо на протяжении всей актерской карьеры. И это самое интересное для педагога – работать над ролью с готовым актером. Но в театр «Глобус» Елена Владимировна попала не сразу. Этому предшествовал длительный этап личностного и профессионального становления.
Во время учебы в Алтайском государственном институте культуры (факультет художественного творчества, кафедра сценической речи, специальность «преподаватель, руководитель литературно-поэтического театра») Елена Владимировна, тогда еще просто Лена, зажигалка-егоза, с небольшой компанией однокурсниц наведывалась в Новосибирск, а там – крышесносные впечатления от Рождественского фестиваля в «Глобусе». Стала приезжать сюда на премьеры, с каждым разом всё больше влюблялась в этот театр. Загадывала: хочу работать здесь и только здесь! Не актрисой, а по своей профессии – помогать служителям сцены отшлифовывать образ. «Где уж... куда уж...», – говорил ее любимый Астров. Зачехлила мечту, отодвинула на полочку будущего.
Диплом писала, разумеется, по материалам театра «Глобус» – моноспектаклям «Сто лет одиночества» и «Повесть о Сонечке», тема «Эволюция форм литературного театра». Во время защиты поступило предложение из Новосибирского областного колледжа культуры и искусства. Так она и переехала в Новосибирск. Параллельно работала часовиком в НГТИ – кафедра музыкального воспитания и сценической речи. Там «дождались, пока я сына подращу, и взяли в штат. А я в третий декрет умудрилась уйти», – разводит руками Елена Владимировна. Всегда хотелось иметь большую семью, но и работать на износ…
Педагог, стремящийся чему-то научить, сам должен непрерывно учиться, проходить переподготовку, несомненно, быть в курсе театральных событий «Глобуса», удостоиться звания Лауреата первой степени на Всероссийском конкурсе исполнителей художественного слова. Сама удивлялась, как еще и успевала ездить в Краснообск, где взялась за руководство поэтическим театром «Жираф».
Работа со школьниками – особая история. Елена Владимировна – не просто педагог, а режиссер, выстраивающий спектакль от начала и до конца. Она выводила ребят за рамки литературно-драматической композиции, ведь, считает она, где слово, там и действие, одно без другого не существует. В постановке «Деловые люди» по рассказам О.Генри пятеро школьников не просто жонглировали словами, персонажами и апельсинами, а еще и прыгали до потолка, ездили верхом друг на друге, пускались в неистовый фокстрот, кувыркались и падали, взлетали и парили, усаживались на стулья отдышаться и погружали зал в атмосферу шикарного юмора и тончайшей иронии. На поклоне Елена Владимировна мало чем от них отличалась – такая же юная, окрыленная и устремленная.
А как они творили «Евгения Онегина»! Читали не только Пушкина, но и Лотмана, разбирали каждую строчку, расшифровывали каждое слово, и, говорит она, «старшеклассники ждали репетиций, рвались в бой! Когда вскрываешь им мозги, то начинаешь замечать, как из беспомощных цыпляток формируются личности с убеждениями и собственной позицией. Чувствовать себя Пигмалионом – потрясающее педагогическое ощущение!»
Загрузка немыслимая. Дома дым коромыслом. Некогда даже перекусить. Донести бы голову до подушки, но обязательно посидеть с книгой, написать пост в ВК с цитатой из классика и резюмировать: «Еще главу – и спать». И вот, по дороге из пункта А в пункт Б, поступил звонок с незнакомого номера. Это было начало новой жизни.
Звонила директор «Глобуса» Татьяна Николаевна Людмилина. Театру нужен педагог по сценической речи, Василий Иванович Кузин (ректор НГТИ) рекомендовал… Ровно 20 лет прошло с того момента, как мечту отправили ждать своего часа! Но если в знаменитом романе Дюма повзрослевшие герои расстались с идеалами юности, то здесь всё происходило с точностью наоборот.
Недавняя студентка пролепетала: «Можно, я немножко подумаю над графиком?» Очнувшись, обратилась сама к себе: «Боже мой, море работы, как же мне распределиться-то… Но такие предложения, Лена, поступают раз в жизни». Что ж, пришлось расстаться с «Жирафом». Разве не приятно доверить свое детище ученикам, которых воспитывала для серьезной работы?
Три года назад Елена Владимировна впервые зашла в театр со служебного входа. Плутала по бесконечным лабиринтам, переходам, лестницам закулисья, где, казалось, невозможно ориентироваться без гугл-карты. Зато актеры встретили ее как родную, ведь учились у нее в институте, совершая открытия самих себя. А в начале нынешнего сезона она, фанатка Чехова, попав в постановочную команду спектакля «Дама с собачкой», еще раз убедилась: счастье есть!
С режиссером Игорем Тепловым совпало всё! Работали над лепкой фразы, расстановкой смысловых акцентов, вербализацией нематериальных вещей, укреплением режиссерской идеи речевыми средствами. Помогали актерам (а они уже опытные мастера) отстраивать шумные мизансцены, направлять речевой посыл в нужно русло. К примеру, выстроить путь Гурова от легкомысленного ловеласа до глубоко страдающего человека…
Молодежь тоже ее обожает: «Почему вас так долго не было, мы скучали!» Иногородние пишут в ВК: «Вы меня научили выговаривать звук «л»! Просто и доступно за десять минут перерыва между парами объяснили технику произношения и дали список упражнений. За неделю я выработала привычку произносить этот ненавистный ранее мной звук правильно. До сих пор вспоминаю и благодарю». А как иначе, если педагог в каждого вкладывает частичку себя. И обладает бесценным даром соединять непосредственную радость от красоты этого мира, детскую неугомонность, эмоциональную чуткость с требовательностью и строгостью доцента вуза.
Младшие Ивановы унаследовали от родителей творческий огонь. Тасе 18 лет – пропадает в театре, посещает тренинги, знает наизусть Пушкина, учится на режиссера досуговых программ. Степе 16 – закончил школу искусств по классу виолончели, самостоятельно освоил (не без помощи папы-музыканта, конечно) клавиши и гитару, будучи киноманом пересмотрел всю классику Голливуда. Мише девять – играет на аккордеоне, танцует в ансамбле «Метелица», планирует поступить в студию пластики и вокальную студию «Глобуса», и, говорит мама, «всю плешь мне переел, что хочет работать в театре». Так что преемники порастают, ведь счастливый пример заразителен.
Яна Колесинская
На фото автора: 1) Елена Иванова; 2) с учеником, актером театра «Глобус» Андреем Калашником; 3-9) занятия по речи в театре «Глобус»; 10-13) День артиста; 14) Поклон спектакля «Деловые люди».
16 февраля 2026 г.
Спектакли репертуара существуют не сами по себе и не отдельно друг от друга. Их объединяют смысловые рифмы, темы, мотивы, переклички, совпадения, которые улавливают витающие в воздухе идеи и из которых складываются направления и тенденции творческой программы. Сегодня в центре нашего внимания — спектакли-долгожители, самый старший из которых - гоголевские "Игроки" .
ИГРА ДЛИНОЮ В ЧЕТВЕРТЬ ВЕКА
20 января «Игроки» – самый долгоиграющий спектакль репертуара – отмечает 25 лет сценической жизни.
В репертуаре театра «Глобус» пять спектаклей-долгожителей – тех, которые были поставлены более 15 лет назад. Это очень разные постановки и по жанрам, и по возрастному цензу, но объединяет их устойчивая популярность у зрителей. Потому и идут они много лет, что до сих пор собирают аншлаги. Их могло быть больше, очень жалко расставаться с любимыми постановками, но в таком случае на складе не хватило бы места для декораций.
Третье место по долгожительству занимают «Братишки» – 17 лет. Второе «Каштанка» – 18 лет. Абсолютным лидером проката стали гоголевские «Игроки» в постановке Александра Галибина. В нынешнем сезоне им исполняется четверть века! За это время «Игроки» были показаны 236 раз.
27 января 2001-го: на малой сцене премьера спектакля «Игроки». Это начало нового года, начало нового века, начало нового тысячелетия, начало деятельности Александра Галибина в должности главного режиссера, начало работы в «Глобусе» его музы Ирины Савицковой в роли Аделаиды Ивановны. Много воды утекло с тех пор, прежде всего из пожарного гидранта. Сразу после премьеры в районе сцены вспыхнул пожар, никто не пострадал, но выводы были сделаны.
Кстати, чуть раньше в театре Афанасьева после премьеры «Вия» сгорела часть декораций, так что с Гоголем шутить нельзя, как и с огнем. Поэтому в «Игроках» были отменены особенно опасные трюки (хотя не они явились причиной пожара): перестали воспламеняться поддельные векселя в руках Ихарева, больше не вспыхивали хлопушки с появлением его слуги. Что касается сегодняшней ситуации, то пожарная безопасность в «Глобусе» строго отрегулирована, например, в процессе летнего ремонта укреплен противопожарный занавес, установлены новые щиты электрооборудования и системы отопления.
Вернемся к сценической стороне вопроса. Несмотря на ликвидацию хлопушек, «Игроки» изобиловали фокусами, для постановки которых на репетиции приезжал иллюзионист-консультант Роман Цителашвили. Он научил актеров ловкости рук, соответствующей мошенничеству их героев. Карточные колоды вытягивались в длинную ленту, замирали и возвращались на место, выплывали из рукава, двигались, взлетали, выстраивались в комбинации без видимых усилий игрока. Актеры научились не только фокусы показывать, но и в карты резаться. Никто из них не умел картежничать так, как персонажи Гоголя, карточные шулера, а первый исполнитель роли Утешительного Артур Симонян до этого вообще ни разу за карты не садился.
Карты – самый сложный реквизит в спектакле. Реквизитор должен заранее разобрать их на бумажные и пластиковые, часть отдать осветителю, чтобы зарядил в специальную машину, которая выбрасывает их в воздух. Другие карты надо прикрепить в фокус-тарелку с крючками, благодаря чему в руках Ильи Панькова они сложатся в карточный домик. Не намек ли это на Ихарева, планы которого развалятся подобно этому самому домику? А еще, говорит реквизитор Юлия Лабышкина, «из деревянного пистолета я извлекаю живило – пульку, которая издает бухающий звук. А заряжает ее сам актер». В финале Ихарев захочет застрелиться с горя, но пальнет в воздух, и звук выстрела его окончательно отрезвит.
На протяжении столь долгой жизни спектакля исполнители взрослели – и передавали свои роли младшим коллегам. В 2013 году вышла обновленная версия «Игроков», которую сделал Илья Паньков, с самого начала занятый в этом спектакле. Раньше он играл Глова-младшего, а теперь перевоплотился в Глова-старшего. По очереди с ним эту роль играет Александр Варавин, передавший роль молодого плута Швохнева Алексею Кучинскому. Новый актерский состав остается постоянным, меняются только бессловесные черти, на которых вводят самых молодых актеров, ребят из студии пластики или студентов театрального института. Без нечистой силы не существует азарта и гибельных страстей – она появляется ниоткуда и исчезает в никуда, испаряется, как дым, обволакивающий окна и дверные проемы. «Чертей этих и не упомнишь всех», – отмечает помощник режиссера Елена Трубецкая, зато она помнит первого помрежа Нину Луневу и всех, кто стоял у истоков нетленного хита.
Карточных фокусов со временем стало чуть меньше, но не будем считать это потерей. Ничто не отвлекает от актерской игры, а она стоит того, чтобы наблюдать на ней внимательно, вместе с актерами погружаясь в психологические глубины. Здесь каждый взгляд наполнен смыслом, мимика передает тончайшие душевные переживания, связанные с мгновенными решениями и хитроумными комбинациями.
Игра у мошенников ведется на двух уровнях – за карточным столом и за спиной противника. «Игроки» – это история профессионалов высочайшего класса, дело чести которых – выйти победителями из всех игр, хоть картежных, хоть психологических. Для них важен не только процесс, но и результат. Ведь если не будет победного результата, то и процесс бессмыслен, считает Утешительный Никиты Сарычева, всецело поглощенный планом надувательства.
Здесь играют определенные роли все, и господа, и слуги, и хозяева, и гости – в меру своего положения и представления о прекрасном. Каждый притворяется, выдавая себя не за того, кем является на самом деле. А в главной схватке сошлись два матерых шулера, каждый вынашивает тайный план против соперника и думает, что он умнее его. Но у Ихарева легко найти ахиллесову пяту, а Утешительный – железобетонная глыба. К тому же, Ихарев один, а у Утешительного команда.
Ихарев не учел важного – в их деле не может быть дружбы. Он попадается на замануху, тает от общения с равными, распевает с ними песни, впадает в экстаз, напрочь теряет бдительность в братских объятиях. И при этом ещё и рассчитывает навар получить, провернув хитрую коммерческую операцию. Он забыл, что никому верить нельзя, даже испытанной колоде карт, которая материализуется в его фантазиях в сексапильную Аделаиду Ивановну – холодную и непроницаемую. Обидно, что разбился вдребезги хрусталь мечты, но извините, за что боролся, на то и напоролся. Вор должен сидеть в тюрьме, в лучшем случае на мели. А то ишь, возомнил о себе.
В начале пути роль Ихарева играл бесшабашный Вячеслав Ковалев. Ему на смену пришел мажорный Сергей Мурашкин. Теперь с Ихаревым расправляется сосредоточенный Владимир Дербенцев, у которого в палитре – тридцать три оттенка эмоций. Большинство из первых исполнителей уже не работает в «Глобусе», иных уж нет, а те далече; всё течет, всё изменяется; а искусство вечно.
В спектакле также заняты Руслан Вяткин, Денис Васьков, Максим Гуралевич, Никита Зайцев, Александр Липовской, Анна Михайленко, Алина Юсупова.
Яна Колесинская
Фот автора
18 января 2026 г.
20 января «Игроки» – самый долгоиграющий спектакль репертуара – отмечает 25 лет сценической жизни.
В репертуаре театра «Глобус» пять спектаклей-долгожителей – тех, которые были поставлены более 15 лет назад. Это очень разные постановки и по жанрам, и по возрастному цензу, но объединяет их устойчивая популярность у зрителей. Потому и идут они много лет, что до сих пор собирают аншлаги. Их могло быть больше, очень жалко расставаться с любимыми постановками, но в таком случае на складе не хватило бы места для декораций.
Третье место по долгожительству занимают «Братишки» – 17 лет. Второе «Каштанка» – 18 лет. Абсолютным лидером проката стали гоголевские «Игроки» в постановке Александра Галибина. В нынешнем сезоне им исполняется четверть века! За это время «Игроки» были показаны 236 раз.
27 января 2001-го: на малой сцене премьера спектакля «Игроки». Это начало нового года, начало нового века, начало нового тысячелетия, начало деятельности Александра Галибина в должности главного режиссера, начало работы в «Глобусе» его музы Ирины Савицковой в роли Аделаиды Ивановны. Много воды утекло с тех пор, прежде всего из пожарного гидранта. Сразу после премьеры в районе сцены вспыхнул пожар, никто не пострадал, но выводы были сделаны.
Кстати, чуть раньше в театре Афанасьева после премьеры «Вия» сгорела часть декораций, так что с Гоголем шутить нельзя, как и с огнем. Поэтому в «Игроках» были отменены особенно опасные трюки (хотя не они явились причиной пожара): перестали воспламеняться поддельные векселя в руках Ихарева, больше не вспыхивали хлопушки с появлением его слуги. Что касается сегодняшней ситуации, то пожарная безопасность в «Глобусе» строго отрегулирована, например, в процессе летнего ремонта укреплен противопожарный занавес, установлены новые щиты электрооборудования и системы отопления.
Вернемся к сценической стороне вопроса. Несмотря на ликвидацию хлопушек, «Игроки» изобиловали фокусами, для постановки которых на репетиции приезжал иллюзионист-консультант Роман Цителашвили. Он научил актеров ловкости рук, соответствующей мошенничеству их героев. Карточные колоды вытягивались в длинную ленту, замирали и возвращались на место, выплывали из рукава, двигались, взлетали, выстраивались в комбинации без видимых усилий игрока. Актеры научились не только фокусы показывать, но и в карты резаться. Никто из них не умел картежничать так, как персонажи Гоголя, карточные шулера, а первый исполнитель роли Утешительного Артур Симонян до этого вообще ни разу за карты не садился.
Карты – самый сложный реквизит в спектакле. Реквизитор должен заранее разобрать их на бумажные и пластиковые, часть отдать осветителю, чтобы зарядил в специальную машину, которая выбрасывает их в воздух. Другие карты надо прикрепить в фокус-тарелку с крючками, благодаря чему в руках Ильи Панькова они сложатся в карточный домик. Не намек ли это на Ихарева, планы которого развалятся подобно этому самому домику? А еще, говорит реквизитор Юлия Лабышкина, «из деревянного пистолета я извлекаю живило – пульку, которая издает бухающий звук. А заряжает ее сам актер». В финале Ихарев захочет застрелиться с горя, но пальнет в воздух, и звук выстрела его окончательно отрезвит.
На протяжении столь долгой жизни спектакля исполнители взрослели – и передавали свои роли младшим коллегам. В 2013 году вышла обновленная версия «Игроков», которую сделал Илья Паньков, с самого начала занятый в этом спектакле. Раньше он играл Глова-младшего, а теперь перевоплотился в Глова-старшего. По очереди с ним эту роль играет Александр Варавин, передавший роль молодого плута Швохнева Алексею Кучинскому. Новый актерский состав остается постоянным, меняются только бессловесные черти, на которых вводят самых молодых актеров, ребят из студии пластики или студентов театрального института. Без нечистой силы не существует азарта и гибельных страстей – она появляется ниоткуда и исчезает в никуда, испаряется, как дым, обволакивающий окна и дверные проемы. «Чертей этих и не упомнишь всех», – отмечает помощник режиссера Елена Трубецкая, зато она помнит первого помрежа Нину Луневу и всех, кто стоял у истоков нетленного хита.
Карточных фокусов со временем стало чуть меньше, но не будем считать это потерей. Ничто не отвлекает от актерской игры, а она стоит того, чтобы наблюдать на ней внимательно, вместе с актерами погружаясь в психологические глубины. Здесь каждый взгляд наполнен смыслом, мимика передает тончайшие душевные переживания, связанные с мгновенными решениями и хитроумными комбинациями.
Игра у мошенников ведется на двух уровнях – за карточным столом и за спиной противника. «Игроки» – это история профессионалов высочайшего класса, дело чести которых – выйти победителями из всех игр, хоть картежных, хоть психологических. Для них важен не только процесс, но и результат. Ведь если не будет победного результата, то и процесс бессмыслен, считает Утешительный Никиты Сарычева, всецело поглощенный планом надувательства.
Здесь играют определенные роли все, и господа, и слуги, и хозяева, и гости – в меру своего положения и представления о прекрасном. Каждый притворяется, выдавая себя не за того, кем является на самом деле. А в главной схватке сошлись два матерых шулера, каждый вынашивает тайный план против соперника и думает, что он умнее его. Но у Ихарева легко найти ахиллесову пяту, а Утешительный – железобетонная глыба. К тому же, Ихарев один, а у Утешительного команда.
Ихарев не учел важного – в их деле не может быть дружбы. Он попадается на замануху, тает от общения с равными, распевает с ними песни, впадает в экстаз, напрочь теряет бдительность в братских объятиях. И при этом ещё и рассчитывает навар получить, провернув хитрую коммерческую операцию. Он забыл, что никому верить нельзя, даже испытанной колоде карт, которая материализуется в его фантазиях в сексапильную Аделаиду Ивановну – холодную и непроницаемую. Обидно, что разбился вдребезги хрусталь мечты, но извините, за что боролся, на то и напоролся. Вор должен сидеть в тюрьме, в лучшем случае на мели. А то ишь, возомнил о себе.
В начале пути роль Ихарева играл бесшабашный Вячеслав Ковалев. Ему на смену пришел мажорный Сергей Мурашкин. Теперь с Ихаревым расправляется сосредоточенный Владимир Дербенцев, у которого в палитре – тридцать три оттенка эмоций. Большинство из первых исполнителей уже не работает в «Глобусе», иных уж нет, а те далече; всё течет, всё изменяется; а искусство вечно.
В спектакле также заняты Руслан Вяткин, Денис Васьков, Максим Гуралевич, Никита Зайцев, Александр Липовской, Анна Михайленко, Алина Юсупова.
Яна Колесинская
Фот автора
18 января 2026 г.
Из частного слагается общее, а единое целое состоит из моментов. Моменты театральной жизни складываются в цельную картину дня.
«Глобус» – единственный театр в Новосибирске, где раскинулся зимний сад. В нем произрастает 45 видов экзотических растений в количестве 200 экземпляров. Лет ему столько, сколько и зданию, а чтобы он всегда выглядел как новенький, требуется регулярный и грамотный уход.
Утром в нижнем фойе театра пахнет мокрой землей и лесом. Вода брызжет из шланга, образуя радужную взвесь. Сто оттенков зеленого переливаются в солнечных каплях. Если деревья сбрасывают листья, то на их месте вскоре проклевываются новорожденные – нежного светло-салатового цвета. Театр начинается с зимнего сада, и только потом с вешалки. Зимний сад – первое, что бросается в глаза, едва минуешь контролеров, и глаз от него не отвести. Лучше приходить на спектакль заранее, чтобы разглядеть в подробностях произведение оранжерейного искусства.
Между миниатюрных альпийских горок и на фоне панорамных окон распускаются соцветья экзотических растений. У них кончается зимняя пауза; ближе к весне начинается массовое цветение, а пока пробиваются к свету отдельные экземпляры. Ярким огоньком вспыхивает пахистахис, который в народе называют Старинный Канделябр, Золотая Креветка, Леденец, Желтая свеча за вертикаль желтого с нежными белыми крылышками бутона. Рядом вылупился спатифиллум, что значит в переводе «лист с покрывалом», потому что желтый початок с кисточкой защищен от всех непогод белым лепестком. В народе его называют белый парус, а всего в саду три сорта этого растения. Столько же сортов антуриума и сансивьеры, а бугенвилии целых пять…
Стрелиция Николая, названная в честь Великого князя, бывшего патроном петербургского ботсада, тоже зацвела. В народе эту чудо-пальму кличут райской птицей за роскошные листья, подобные крыльям, а перья цветов, взметнувшиеся из расколовшейся коробочки, напоминают птицу с белым гребнем и лиловым клювом. Райская птица примостилась на самой верхушке выкарабкавшегося из мясистых листьев одеревеневшего ствола. Для него театральный садовник Наталья Суходулова заказала подпорки, чтобы не переломился пополам, а продолжал постукивать коготками в окно, с трехметрового роста наблюдая за монотонностью снегопада. За спиной у стрелиции раскинулись райские кущи, расположенные в определенном порядке, чтобы не мешать друг другу, а цвести согласно своей природе.
Зимний сад театра уже отметил свое сорокалетие. Он ровесник здания, открывшегося для зрителей в 1984 году. Главный архитектор «парусника» Михаил Стародубов и разработчик проекта Анатолий Сабиров учли пожелания директора тогда еще тюза Нины Никульковой и предусмотрели место для зимнего сада. А дальше к ее идее подключился известный сибирский биолог Юрий Овчинников (сегодня он создатель единственного в округе бонсай-парка, главный специалист группы ландшафтной архитектуры и фитодизайна Центрального сибирского ботанического сада СО РАН). Он придумал главного хранителя зимнего сада, и теперь трехглавый дракон, выпиленный из дубового ствола и его мощных ответвлений, возвышается над зеленым царством. Также с его подачи многие растения были перевезены сюда из Академгородка.
Фикус Бенджамина, самый заметный из них, идеально прижился и принялся неистово расти, грозя пробить верхушкой шестиметровый потолок. Юрий Викторович еще раз приехал в театр для консультации и показал, как надо производить обрезку акселерата, чтобы создать оптимальную циркуляцию воздуха внутри кроны и сделать силуэт дерева пышным и эстетически привлекательным. Ну и спасти потолок.
На тот момент в зимнем саду уже работала ученый агроном, мастер ландшафтного дизайна Наталья Суходулова. Она, помимо второго высшего в аграрном университете, занималась у старшего коллеги на курсах бонсая, а на собственной даче нарабатывала опыт разведения редких сортов цветов и кустарников. Свою деятельность в «Глобусе» около десяти лет назад она начала, по совету мэтра, с приведения в порядок непролазных дебрей, в которые разросся сад. Сотрудники охраны, наблюдавшие их каждый день, шутили, что подросткам в самый раз там прятаться и целоваться, а теперь всё просвечивает, как на ладони.
Каждое из 45 видов растений в зимнем саду требует индивидуального подхода. Важно всё: как купировать, как располагать относительно света, с какой интенсивностью и периодичностью поливать и опрыскивать. «У нас есть южный бамбук. Это не драцена, которую под видом бамбука продают, а настоящий. Юрий Викторович в свое время согнул из него арку, но по старости лет тонкие стебли перестали выдерживать собственный вес и потребовали металлическую опору», – поясняет Наталья Суходулова. Рядом – на первый взгляд такое же дерево-близнец, но на самом деле фикус иволистный Али. Он похож на бамбук лишь формой листьев, а ствол у него крепкий и устойчивый.
На задворках зимнего сада, ближе к окну, притаились два лимонных дерева. Одно из них начиналось в доме легендарного Лаврентия Сорокина; теперь оно здесь в память о нем. «Спустя два года появился один цветочек и один лимончик, а теперь вон их сколько», – говорит Наталья Суходулова и угощает сотрудников созревшими плодами. У них толстая кожура, обилие семечек и терпкий горьковатый вкус.
Ненавязчивый фон для аристократических видов создают, назовем их так, простолюдины. Нефролепис – известный всем папоротник, который в народе прозвали зеркало души и жар-цвет. Заросли папоротника заполоняют как близлежащие, так и таежные леса, производя у туриста впечатление телепортации в мезозойскую эру. Отсюда и легенды, приписывающие обычной траве-мураве взаимоисключающие свойства, от гарантии семейной гармонии до энергетического вампиризма. Также буйно папоротник кустится в любом помещении, выполняя декоративную функцию, безо всяких уклонов в эзотерику. В зимнем саду он проглядывает то там, то сям, а горшки с его упорядоченными лопастями, расположившись на ступенях театральных лестниц, выглядят внушительно и стильно.
Неприхотлив и сциндапсус – самая обычная лиана, весьма привлекательная для комнатного садоводства. В народе его называют мужегон – возможно потому, что надо же найти виноватого в семейном разладе. По другой версии, листья сциндапсуса благодаря своей сердцевидной форме считаются символом умиротворения. В зимнем саду театра лиана заполняет пустоты, колосится на затемненных участках, карабкается по камням, обвивает стволы. Растения образуют единый ансамбль, в котором, как в идеальной композиции, всё упорядочено, всё находится на своих местах. Всё двигается, меняется, дышит, цветет согласно законам природы.
Яна Колесинская
4 февраля 2026 г.
Утром в нижнем фойе театра пахнет мокрой землей и лесом. Вода брызжет из шланга, образуя радужную взвесь. Сто оттенков зеленого переливаются в солнечных каплях. Если деревья сбрасывают листья, то на их месте вскоре проклевываются новорожденные – нежного светло-салатового цвета. Театр начинается с зимнего сада, и только потом с вешалки. Зимний сад – первое, что бросается в глаза, едва минуешь контролеров, и глаз от него не отвести. Лучше приходить на спектакль заранее, чтобы разглядеть в подробностях произведение оранжерейного искусства.
Между миниатюрных альпийских горок и на фоне панорамных окон распускаются соцветья экзотических растений. У них кончается зимняя пауза; ближе к весне начинается массовое цветение, а пока пробиваются к свету отдельные экземпляры. Ярким огоньком вспыхивает пахистахис, который в народе называют Старинный Канделябр, Золотая Креветка, Леденец, Желтая свеча за вертикаль желтого с нежными белыми крылышками бутона. Рядом вылупился спатифиллум, что значит в переводе «лист с покрывалом», потому что желтый початок с кисточкой защищен от всех непогод белым лепестком. В народе его называют белый парус, а всего в саду три сорта этого растения. Столько же сортов антуриума и сансивьеры, а бугенвилии целых пять…
Стрелиция Николая, названная в честь Великого князя, бывшего патроном петербургского ботсада, тоже зацвела. В народе эту чудо-пальму кличут райской птицей за роскошные листья, подобные крыльям, а перья цветов, взметнувшиеся из расколовшейся коробочки, напоминают птицу с белым гребнем и лиловым клювом. Райская птица примостилась на самой верхушке выкарабкавшегося из мясистых листьев одеревеневшего ствола. Для него театральный садовник Наталья Суходулова заказала подпорки, чтобы не переломился пополам, а продолжал постукивать коготками в окно, с трехметрового роста наблюдая за монотонностью снегопада. За спиной у стрелиции раскинулись райские кущи, расположенные в определенном порядке, чтобы не мешать друг другу, а цвести согласно своей природе.
Зимний сад театра уже отметил свое сорокалетие. Он ровесник здания, открывшегося для зрителей в 1984 году. Главный архитектор «парусника» Михаил Стародубов и разработчик проекта Анатолий Сабиров учли пожелания директора тогда еще тюза Нины Никульковой и предусмотрели место для зимнего сада. А дальше к ее идее подключился известный сибирский биолог Юрий Овчинников (сегодня он создатель единственного в округе бонсай-парка, главный специалист группы ландшафтной архитектуры и фитодизайна Центрального сибирского ботанического сада СО РАН). Он придумал главного хранителя зимнего сада, и теперь трехглавый дракон, выпиленный из дубового ствола и его мощных ответвлений, возвышается над зеленым царством. Также с его подачи многие растения были перевезены сюда из Академгородка.
Фикус Бенджамина, самый заметный из них, идеально прижился и принялся неистово расти, грозя пробить верхушкой шестиметровый потолок. Юрий Викторович еще раз приехал в театр для консультации и показал, как надо производить обрезку акселерата, чтобы создать оптимальную циркуляцию воздуха внутри кроны и сделать силуэт дерева пышным и эстетически привлекательным. Ну и спасти потолок.
На тот момент в зимнем саду уже работала ученый агроном, мастер ландшафтного дизайна Наталья Суходулова. Она, помимо второго высшего в аграрном университете, занималась у старшего коллеги на курсах бонсая, а на собственной даче нарабатывала опыт разведения редких сортов цветов и кустарников. Свою деятельность в «Глобусе» около десяти лет назад она начала, по совету мэтра, с приведения в порядок непролазных дебрей, в которые разросся сад. Сотрудники охраны, наблюдавшие их каждый день, шутили, что подросткам в самый раз там прятаться и целоваться, а теперь всё просвечивает, как на ладони.
Каждое из 45 видов растений в зимнем саду требует индивидуального подхода. Важно всё: как купировать, как располагать относительно света, с какой интенсивностью и периодичностью поливать и опрыскивать. «У нас есть южный бамбук. Это не драцена, которую под видом бамбука продают, а настоящий. Юрий Викторович в свое время согнул из него арку, но по старости лет тонкие стебли перестали выдерживать собственный вес и потребовали металлическую опору», – поясняет Наталья Суходулова. Рядом – на первый взгляд такое же дерево-близнец, но на самом деле фикус иволистный Али. Он похож на бамбук лишь формой листьев, а ствол у него крепкий и устойчивый.
На задворках зимнего сада, ближе к окну, притаились два лимонных дерева. Одно из них начиналось в доме легендарного Лаврентия Сорокина; теперь оно здесь в память о нем. «Спустя два года появился один цветочек и один лимончик, а теперь вон их сколько», – говорит Наталья Суходулова и угощает сотрудников созревшими плодами. У них толстая кожура, обилие семечек и терпкий горьковатый вкус.
Ненавязчивый фон для аристократических видов создают, назовем их так, простолюдины. Нефролепис – известный всем папоротник, который в народе прозвали зеркало души и жар-цвет. Заросли папоротника заполоняют как близлежащие, так и таежные леса, производя у туриста впечатление телепортации в мезозойскую эру. Отсюда и легенды, приписывающие обычной траве-мураве взаимоисключающие свойства, от гарантии семейной гармонии до энергетического вампиризма. Также буйно папоротник кустится в любом помещении, выполняя декоративную функцию, безо всяких уклонов в эзотерику. В зимнем саду он проглядывает то там, то сям, а горшки с его упорядоченными лопастями, расположившись на ступенях театральных лестниц, выглядят внушительно и стильно.
Неприхотлив и сциндапсус – самая обычная лиана, весьма привлекательная для комнатного садоводства. В народе его называют мужегон – возможно потому, что надо же найти виноватого в семейном разладе. По другой версии, листья сциндапсуса благодаря своей сердцевидной форме считаются символом умиротворения. В зимнем саду театра лиана заполняет пустоты, колосится на затемненных участках, карабкается по камням, обвивает стволы. Растения образуют единый ансамбль, в котором, как в идеальной композиции, всё упорядочено, всё находится на своих местах. Всё двигается, меняется, дышит, цветет согласно законам природы.
Яна Колесинская
4 февраля 2026 г.
Театр начинается с сада
В капле можно разглядеть море, а в эпизоде - портрет спектакля. Наиболее важная и яркая сцена выражает образ, импульс, идею, мысль, послание творческой команды залу. Сегодня в фокусе нашего внимания - эпизоды из категории «комический дуэт».
В спектаклях «Мальчики» (режиссер Артем Терехин), «Собаки» (режиссер Константин Яковлев), «Женитьба Бальзаминова» (режиссер Нина Чусова) содержатся эпизоды из категории «абсурд», а также «движуха и драйв». За них отвечают актеры с ярко выраженным комическим дарованием: Алексей Архипов, Алексей Кучинский, Александр Петров.
На сцене встречаются эпизодические персонажи, которые вроде и не нужны, но без них не хватает соли. Они обычно ходят парами, появляются неожиданно, ставят кляксы в страницу чистописания, и эта клякса расплывается в умильную рожицу. Рожица корчится от смеха, а эти комики предельно серьезны и даже важничают. Главные герои косятся на них с подозрением, но сознают значение абсурда в текущей повседневности.
Возьмем «Мальчиков». Романтическая история Владислава Крапивина о детской дружбе не нуждается в вензелях. И вдруг возникают двое не пойми кто – Юрик и Антошка (Алексей Архипов и Александр Петров). Они как бы пятилетние дети, младше главных героев раза в полтора, но одновременно и бородатые мужики в панамках и штанах на лямках. Сидят, разглагольствуют, каламбурят, делают глубокомысленные выводы, умничают с уклоном в филологические дебри.
Инсценировка Артема Терехина повести Владислава Крапивина содержит концептуальный момент. «Дети так не говорят!» –прилетает Юрику и Антошке. «Дети так и не выглядят!» – парируют малыши-придумаши. Да и само детство так не выглядит, когда проживаешь его здесь и сейчас. Оно преображено воспоминаниями взрослого человека, путешествующего в светлое прошлое. Там трава неестественно зелена, как на картине, а сами дети безгрешны, как в первоначальном замысле создателя. За горизонтом невозвратимого брезжит что-то неосознанное, растворившееся в дымке времени, мерцающее загадкой, дразнящее ускользающей ирреальностью, и чем дальше будут отдаляться те события, тем причудливее станут воспоминания.
В спектакле «Собаки» персонажи тоже вспоминают, какими они были в прошлой жизни. Теперь они, лишенные дома, выброшенные хозяевами в овраг, либо сентиментальны, либо озлоблены. Мимо них с лихим свистом проносится парочка из другого мира, существующая в формате самопрезентации. Благополучные, обеспеченные, откормленные Доберман и Бульдог (Алексей Кучинский и Александр Петров) не ведают, что такое предательство человека, зато умеют демонстрировать свое превосходство – играть мускулами, скалиться, рычать, пугать. Два тупоголовых альфа-самца устрашающи так же, как и комичны в своей гипертрофированной брутальности.
Если собаки являются отражением своих хозяев, то хозяевами Добермана и Бульдога могли быть братья Пеженовы из «Женитьбы Бальзаминова» (Алексей Архипов и Алексей Кучинский). Амбал и крепыш, оба с дубинками, суровы и немногословны, да и мыслью ничуть не обременены. До одури режутся в карты, при этом бдительно надзирают за незамужними сестрами а la Барби (Мария Соболева и Арина Литвиненко). Одна куколка в розовом, другая в изумрудном: кудряшки, колготки-сеточка, туфли на платформе, откровенное мини. Раиса и Анфиса совершенно не практичны и не приспособлены к реальности, маются от безделья, томятся от нереализованной сексуальности, ждут и жаждут перемены участи. Сбежать бы, всё равно с кем и куда, хоть в красивую жизнь с Кеном, хоть в тундру с Кола Бельды.
Сестры улизнули, братья упустили. Парни, похлопывая своими палками по бедрам и по сторонам, весьма эффектно смотрятся в полумраке ночи, в синем мертвецком свете прожекторных фильтров. От души отбуцкали первого попавшегося, а это бедняга Бальзаминов, поставивший не на ту лошадку. Ничего, скоро его подберет дебелая девица Белотелова. Что касается Пеженовых, их дальнейшая участь неизвестна.
В хорошем спектакле не бывает случайностей. Каждый персонаж работает на идею, как и весь ансамбль. Актерский ансамбль – это и есть единство главного и второстепенного, взаимодействие всех участников сюжета. И если в нем появляется парочка комедиантов, то это неспроста. Стоит вглядеться в них повнимательнее – они вам еще и подмигнут украдкой.
Яна Колесинская
На фото эпизоды из спектаклей: 1) «Мальчики»; 2) «Собаки»; 3), 4), 5), 6) «Женитьба Бальзаминова».
16 февраля 2026 г.
На сцене встречаются эпизодические персонажи, которые вроде и не нужны, но без них не хватает соли. Они обычно ходят парами, появляются неожиданно, ставят кляксы в страницу чистописания, и эта клякса расплывается в умильную рожицу. Рожица корчится от смеха, а эти комики предельно серьезны и даже важничают. Главные герои косятся на них с подозрением, но сознают значение абсурда в текущей повседневности.
Возьмем «Мальчиков». Романтическая история Владислава Крапивина о детской дружбе не нуждается в вензелях. И вдруг возникают двое не пойми кто – Юрик и Антошка (Алексей Архипов и Александр Петров). Они как бы пятилетние дети, младше главных героев раза в полтора, но одновременно и бородатые мужики в панамках и штанах на лямках. Сидят, разглагольствуют, каламбурят, делают глубокомысленные выводы, умничают с уклоном в филологические дебри.
Инсценировка Артема Терехина повести Владислава Крапивина содержит концептуальный момент. «Дети так не говорят!» –прилетает Юрику и Антошке. «Дети так и не выглядят!» – парируют малыши-придумаши. Да и само детство так не выглядит, когда проживаешь его здесь и сейчас. Оно преображено воспоминаниями взрослого человека, путешествующего в светлое прошлое. Там трава неестественно зелена, как на картине, а сами дети безгрешны, как в первоначальном замысле создателя. За горизонтом невозвратимого брезжит что-то неосознанное, растворившееся в дымке времени, мерцающее загадкой, дразнящее ускользающей ирреальностью, и чем дальше будут отдаляться те события, тем причудливее станут воспоминания.
В спектакле «Собаки» персонажи тоже вспоминают, какими они были в прошлой жизни. Теперь они, лишенные дома, выброшенные хозяевами в овраг, либо сентиментальны, либо озлоблены. Мимо них с лихим свистом проносится парочка из другого мира, существующая в формате самопрезентации. Благополучные, обеспеченные, откормленные Доберман и Бульдог (Алексей Кучинский и Александр Петров) не ведают, что такое предательство человека, зато умеют демонстрировать свое превосходство – играть мускулами, скалиться, рычать, пугать. Два тупоголовых альфа-самца устрашающи так же, как и комичны в своей гипертрофированной брутальности.
Если собаки являются отражением своих хозяев, то хозяевами Добермана и Бульдога могли быть братья Пеженовы из «Женитьбы Бальзаминова» (Алексей Архипов и Алексей Кучинский). Амбал и крепыш, оба с дубинками, суровы и немногословны, да и мыслью ничуть не обременены. До одури режутся в карты, при этом бдительно надзирают за незамужними сестрами а la Барби (Мария Соболева и Арина Литвиненко). Одна куколка в розовом, другая в изумрудном: кудряшки, колготки-сеточка, туфли на платформе, откровенное мини. Раиса и Анфиса совершенно не практичны и не приспособлены к реальности, маются от безделья, томятся от нереализованной сексуальности, ждут и жаждут перемены участи. Сбежать бы, всё равно с кем и куда, хоть в красивую жизнь с Кеном, хоть в тундру с Кола Бельды.
Сестры улизнули, братья упустили. Парни, похлопывая своими палками по бедрам и по сторонам, весьма эффектно смотрятся в полумраке ночи, в синем мертвецком свете прожекторных фильтров. От души отбуцкали первого попавшегося, а это бедняга Бальзаминов, поставивший не на ту лошадку. Ничего, скоро его подберет дебелая девица Белотелова. Что касается Пеженовых, их дальнейшая участь неизвестна.
В хорошем спектакле не бывает случайностей. Каждый персонаж работает на идею, как и весь ансамбль. Актерский ансамбль – это и есть единство главного и второстепенного, взаимодействие всех участников сюжета. И если в нем появляется парочка комедиантов, то это неспроста. Стоит вглядеться в них повнимательнее – они вам еще и подмигнут украдкой.
Яна Колесинская
На фото эпизоды из спектаклей: 1) «Мальчики»; 2) «Собаки»; 3), 4), 5), 6) «Женитьба Бальзаминова».
16 февраля 2026 г.
Парочка комедиантов
МЫ ИДЕМ ПО КРАСНОМУ ПРОСПЕКТУ
Спектакль-променад создают участники молодежного проекта театра «Глобус» в рамках лаборатории актуальной культуры «Культ-Трек». В результате ее работы новосибирцы и гости города получат аудиогид по интересным местам столицы Сибири.
Волонтерская лаборатория «Культ-Трек» собрала в гостевой театра старшеклассников и студентов колледжей и вузов. Это ребята не случайные, а театральные, заинтересованные, прогретые инициативами отдела творческих проектов. Им предложили объединиться в идее исследования города и созданию его образа, сделаться творцами нового пространства, расширить миссию волонтера, а для этого научиться многим интересным и даже захватывающим вещам.
Тема первой встречи с культурологом Ириной Анцуповой – «Новосибирск: как читать город». Участники осваивались, знакомились, приглядывались друг к другу, чтобы вскоре сделаться единомышленниками и соавторами. Снежа, Варя, Алена, Арина, Алина, Ася, Варя, Виталина, Дарья, Карина, Маргарита (и многие другие) … Волонтерство, стихосложение, рисование, скалолазание, бисероплетение, продюсирование, акробатика, видеомонтаж, китайский язык, французский язык – сферы их занятий, к которым прибавится еще одна. Скоро им предстоит стать создателями аудиогида по таинственным местам Новосибирска. А начали с самого простого – назвали улицы Новосибирска в алфавитном порядке. Это была всего лишь разминка перед более сложными заданиями, которые включили фантазию, разожгли азарт, погрузили в стихию коллективного творчества.
Тема следующего занятия – «Коммуникация, как ключ к искусству». Ведущие театрализованных представлений, импровизаторы Станислав Мичурин и Алексей Бычков явились трансляторами ценного опыта. Аудитория, желающая чувствовать себя свободно в общении с незнакомыми людьми, без стеснения брать интервью, самим отвечать на каверзные вопросы, мгновенно реагировать на неожиданные ситуации, превратилась в слух. Но сидеть сложа руки было не предусмотрено. В гостевой началось броуновское движение, мозги плавились и кипели! Попробуй-ка без заминки назвать слова на одну букву, причем больше пяти, а лучше 15. Или аргументированно обосновать, зачем брать в поход портрет Петра Первого или бабушкино вязание. Но самое главное, к чему они целенаправленно шли, было впереди.
На следующем этапе юные исследователи встретились с драматургом Александром Липовским. Получился эмоциональный разговор о городах миллионниках и их отличиях от Новосибирска и о самом Новосибирске, который нередко воспринимается как серый, скучный, необустроенный, несмотря на звание столицы Сибири. А ведь у каждого есть связанные с нашим городом занятные истории, любимые места, особые воспоминания. У иногородних студентов, приехавших из Новокузнецка, Якутии, Казахстана – новый взгляд на привычные для нас и незамечаемые многими вещи. И это не хрестоматийные знания, не факты, почерпнутые из общеизвестных мифов или рассказов экскурсоводов, а личное восприятие Новосибирска и личное отношение к нему. Хотя, признался руководитель этой затеи, он хоть и родился и вырос в Новосибирске, а после того как побывал на экскурсии, кардинально изменил вектор восприятия, будто попал в этот город впервые. Мотивирующий вывод таков: есть над чем работать и что искать!
Его любимый маршрут, исхоженный по молодости с друзьями-актерами, рассказал Александр Липовской, – участок от Богаткова до Зыряновской. Наверное, у всех есть что-то подобное. Потаенные дворы, арки, скамейки, переулки-закоулки и даже подъезды, например уникальный подъезд Дома под часами – всё это может стать точками маршрутной карты. В географию походов можно включить исторический центр – Каменская, Каинская, Чаплыгина, Коммунистическая, да и сам Красный проспект с уникальными объектами конструктивизма. А главное, те пространства, которые стали личными местами силы.
После коллективных и индивидуальных экскурсий, прогулок, вылазок, марш-бросков соберутся истории от юных исследователей. На основе этого материала Александр Липовской займется оформлением спектакля-променада, который появится в «Глобусе» уже этой весной. И у нас появятся новые мифы про Новосибирск.
Проект реализуется при поддержке гранта Министерства региональной политики Новосибирской области
13 февраля
Спектакль-променад создают участники молодежного проекта театра «Глобус» в рамках лаборатории актуальной культуры «Культ-Трек». В результате ее работы новосибирцы и гости города получат аудиогид по интересным местам столицы Сибири.
Волонтерская лаборатория «Культ-Трек» собрала в гостевой театра старшеклассников и студентов колледжей и вузов. Это ребята не случайные, а театральные, заинтересованные, прогретые инициативами отдела творческих проектов. Им предложили объединиться в идее исследования города и созданию его образа, сделаться творцами нового пространства, расширить миссию волонтера, а для этого научиться многим интересным и даже захватывающим вещам.
Тема первой встречи с культурологом Ириной Анцуповой – «Новосибирск: как читать город». Участники осваивались, знакомились, приглядывались друг к другу, чтобы вскоре сделаться единомышленниками и соавторами. Снежа, Варя, Алена, Арина, Алина, Ася, Варя, Виталина, Дарья, Карина, Маргарита (и многие другие) … Волонтерство, стихосложение, рисование, скалолазание, бисероплетение, продюсирование, акробатика, видеомонтаж, китайский язык, французский язык – сферы их занятий, к которым прибавится еще одна. Скоро им предстоит стать создателями аудиогида по таинственным местам Новосибирска. А начали с самого простого – назвали улицы Новосибирска в алфавитном порядке. Это была всего лишь разминка перед более сложными заданиями, которые включили фантазию, разожгли азарт, погрузили в стихию коллективного творчества.
Тема следующего занятия – «Коммуникация, как ключ к искусству». Ведущие театрализованных представлений, импровизаторы Станислав Мичурин и Алексей Бычков явились трансляторами ценного опыта. Аудитория, желающая чувствовать себя свободно в общении с незнакомыми людьми, без стеснения брать интервью, самим отвечать на каверзные вопросы, мгновенно реагировать на неожиданные ситуации, превратилась в слух. Но сидеть сложа руки было не предусмотрено. В гостевой началось броуновское движение, мозги плавились и кипели! Попробуй-ка без заминки назвать слова на одну букву, причем больше пяти, а лучше 15. Или аргументированно обосновать, зачем брать в поход портрет Петра Первого или бабушкино вязание. Но самое главное, к чему они целенаправленно шли, было впереди.
На следующем этапе юные исследователи встретились с драматургом Александром Липовским. Получился эмоциональный разговор о городах миллионниках и их отличиях от Новосибирска и о самом Новосибирске, который нередко воспринимается как серый, скучный, необустроенный, несмотря на звание столицы Сибири. А ведь у каждого есть связанные с нашим городом занятные истории, любимые места, особые воспоминания. У иногородних студентов, приехавших из Новокузнецка, Якутии, Казахстана – новый взгляд на привычные для нас и незамечаемые многими вещи. И это не хрестоматийные знания, не факты, почерпнутые из общеизвестных мифов или рассказов экскурсоводов, а личное восприятие Новосибирска и личное отношение к нему. Хотя, признался руководитель этой затеи, он хоть и родился и вырос в Новосибирске, а после того как побывал на экскурсии, кардинально изменил вектор восприятия, будто попал в этот город впервые. Мотивирующий вывод таков: есть над чем работать и что искать!
Его любимый маршрут, исхоженный по молодости с друзьями-актерами, рассказал Александр Липовской, – участок от Богаткова до Зыряновской. Наверное, у всех есть что-то подобное. Потаенные дворы, арки, скамейки, переулки-закоулки и даже подъезды, например уникальный подъезд Дома под часами – всё это может стать точками маршрутной карты. В географию походов можно включить исторический центр – Каменская, Каинская, Чаплыгина, Коммунистическая, да и сам Красный проспект с уникальными объектами конструктивизма. А главное, те пространства, которые стали личными местами силы.
После коллективных и индивидуальных экскурсий, прогулок, вылазок, марш-бросков соберутся истории от юных исследователей. На основе этого материала Александр Липовской займется оформлением спектакля-променада, который появится в «Глобусе» уже этой весной. И у нас появятся новые мифы про Новосибирск.
Проект реализуется при поддержке гранта Министерства региональной политики Новосибирской области
13 февраля
НЕОБЫКНОВЕННАЯ ЛЕГКОСТЬ БЫТИЯ
«Оскар и Розова Дама»: моноспектакль заслуженной артистки России Светланы Галкиной, режиссер Павел Южаков. Премьера возобновленной версии состоялась в арт-пространстве Black Box 22 января.
Его зовут Оскар. Ему десять лет. Он неизлечимо болен. Жить ему осталось 12 дней… Сухой остаток он проживает на всю катушку. Возможно ли такое? Почему зрители плачут сначала от сострадания, а потом от необыкновенной легкости бытия?
Ничем не оправдать смерть ребенка. Никакой логикой не объяснить угасание от рака, неисправимую ошибку природы, бесстрастные эксперименты высших сил. Никакой мудростью не обосновать смысл оборвавшегося на взлете жизненного пути, когда еще ничего не успел и никем не стал.
Но сказано же раз и навсегда: если мы не можем изменить ситуацию, то давайте изменим отношение к ней. Спектакль Павла Южакова «Оскар и Розовая Дама» – не просто художественный акт, а терапевтический мастер-класс по духовному исцелению на пороге небытия. Его проводят двое – десятилетний пациент онкологической клиники Оскар и старая сиделка-волонтер, которую мальчик называет бабушка Роза.
Взрослый учит ребенка терпению и принятию. Раскрывает механизмы, помогающие выстоять. Показывает самый гуманный и единственно возможный выход из безнадежной ситуации. Объясняет, каким образом научиться ценить каждый прожитый миг. Оскар пишет письма Богу, о существовании которого до сих пор не подозревал. Начинает думать и рассуждать, как мудрец. Решает вопросы, которые и взрослым-то не по плечу.
Бабушка Роза тоже многому у него научилась. Казалось бы, всё давно изведано и открыто, но благодаря Оскару она ступила на новую для себя территорию безусловной любви. Ничто не могло примирить ее с жуткими гримасами судьбы, а лет ей уже под 90. Но, говорит она, «ради него я придумывала всякие небылицы», которые оказались правдой. Произошло главное, что, казалось бы, уже не могло произойти: «Он помог мне поверить в Бога». Это финальное откровение – из редкой категории парадоксов запредельного спектра.
«Оскар и Розовая Дама» Эрика-Эмманюэля Шмитта – одно из четырех эссе его «Цикла о незримом» на тему духовности и религии. Текст написан как рассказ от первого лица, но режиссеры используют его как пьесу. Раскладывают на десятерых актеров, как московский театр на Малой Ордынке. А петербургская продюсерская компания MakersLab и вовсе сотворила из «Оскара» многонаселенный мюзикл на двух языках, включая жестовый. Канонической версией считается моноспектакль Алисы Фрейндлих 2004-го года (поставленный почти сразу же после публикации текста в России). Алиса Бруновна ведет рассказ от лица Розовой Дамы, которая читает письма Оскара к Богу, плавно переходя к мимике и манерам ребенка, и завершает высказывание прощанием обоих героев с этим миром. «До скорого», – говорит Богу ее Розовая Дама.
Светлана Галкина играет прежде всего мальчишку. Такого, каким он был до болезни. Такого, каким он стал после неудачных операций. И такого, каким он мог бы быть. В ее прочтении Оскар – солнечная личность, светлый мечтатель, обаятельный озорник, безобидный юморист, сформировавшийся реалист, серьезный философ. Бабушка Роза всё время рядом – основательная женщина в красной шали, с насыщенным спортивным прошлым, с низким тембром голоса, которым раньше (легко себе представить) она ставила на место противников, а теперь персонал больницы. Если он (персонал) порывался обидеть ее подопечного.
С каждым письмом Оскар открывает жизнь по-новому, но силы его покидают. Он угасает, затихает, исчезает. А бабушка Роза становится конкретней, зримей, суровей, словно переняла на себя тяжесть его ухода, избавив ребенка и от жалоб, и от сожалений.
Мгновенное перевоплощение – дар воистину большой актрисы. Светлане Галкиной под силу персонажи любого пола, возраста, темперамента и вероисповедания. Если не заглядывать в программку, например, спектакля «Отрочество», то не догадаешься, что тщедушный очкарик Иленька и монстрообразный абъюзер St.Jerome – одно и то же лицо. Оба показаны с легким налетом клоунады и разными оттенками сарказма. А Оскара она рисует лирическими красками, оттеняет воздушной лессировкой, и вдали открываются перед ним неизведанные синие дали, куда нам не попасть.
Историю своих писем к Богу Оскар рассказал, не вставая с больничной кровати. Синее окно. Белая палата. Крашеная дверь. «Не противься ж, Валенька, Он тебя не съест, Золоченый, маленький, Твой крестильный крест», – уговаривала мама другого ребенка, сгорающего от скарлатины. Но девочка осталась верна идеалам пионерской организации. Зачем вы так категоричны, гражданин Багрицкий. Впрочем… Валенька тоже умерла счастливой, ведь не важно, на чем основана вера, главное, что она дает силы. Давайте учиться примиряться с неизбежным, сохраняя чувство собственного достоинства, укрепляя мужество, обретая мудрость. Всё это пригодится нам за порогом.
Яна Колесинская
22 января 2026 г.
«Оскар и Розова Дама»: моноспектакль заслуженной артистки России Светланы Галкиной, режиссер Павел Южаков. Премьера возобновленной версии состоялась в арт-пространстве Black Box 22 января.
Его зовут Оскар. Ему десять лет. Он неизлечимо болен. Жить ему осталось 12 дней… Сухой остаток он проживает на всю катушку. Возможно ли такое? Почему зрители плачут сначала от сострадания, а потом от необыкновенной легкости бытия?
Ничем не оправдать смерть ребенка. Никакой логикой не объяснить угасание от рака, неисправимую ошибку природы, бесстрастные эксперименты высших сил. Никакой мудростью не обосновать смысл оборвавшегося на взлете жизненного пути, когда еще ничего не успел и никем не стал.
Но сказано же раз и навсегда: если мы не можем изменить ситуацию, то давайте изменим отношение к ней. Спектакль Павла Южакова «Оскар и Розовая Дама» – не просто художественный акт, а терапевтический мастер-класс по духовному исцелению на пороге небытия. Его проводят двое – десятилетний пациент онкологической клиники Оскар и старая сиделка-волонтер, которую мальчик называет бабушка Роза.
Взрослый учит ребенка терпению и принятию. Раскрывает механизмы, помогающие выстоять. Показывает самый гуманный и единственно возможный выход из безнадежной ситуации. Объясняет, каким образом научиться ценить каждый прожитый миг. Оскар пишет письма Богу, о существовании которого до сих пор не подозревал. Начинает думать и рассуждать, как мудрец. Решает вопросы, которые и взрослым-то не по плечу.
Бабушка Роза тоже многому у него научилась. Казалось бы, всё давно изведано и открыто, но благодаря Оскару она ступила на новую для себя территорию безусловной любви. Ничто не могло примирить ее с жуткими гримасами судьбы, а лет ей уже под 90. Но, говорит она, «ради него я придумывала всякие небылицы», которые оказались правдой. Произошло главное, что, казалось бы, уже не могло произойти: «Он помог мне поверить в Бога». Это финальное откровение – из редкой категории парадоксов запредельного спектра.
«Оскар и Розовая Дама» Эрика-Эмманюэля Шмитта – одно из четырех эссе его «Цикла о незримом» на тему духовности и религии. Текст написан как рассказ от первого лица, но режиссеры используют его как пьесу. Раскладывают на десятерых актеров, как московский театр на Малой Ордынке. А петербургская продюсерская компания MakersLab и вовсе сотворила из «Оскара» многонаселенный мюзикл на двух языках, включая жестовый. Канонической версией считается моноспектакль Алисы Фрейндлих 2004-го года (поставленный почти сразу же после публикации текста в России). Алиса Бруновна ведет рассказ от лица Розовой Дамы, которая читает письма Оскара к Богу, плавно переходя к мимике и манерам ребенка, и завершает высказывание прощанием обоих героев с этим миром. «До скорого», – говорит Богу ее Розовая Дама.
Светлана Галкина играет прежде всего мальчишку. Такого, каким он был до болезни. Такого, каким он стал после неудачных операций. И такого, каким он мог бы быть. В ее прочтении Оскар – солнечная личность, светлый мечтатель, обаятельный озорник, безобидный юморист, сформировавшийся реалист, серьезный философ. Бабушка Роза всё время рядом – основательная женщина в красной шали, с насыщенным спортивным прошлым, с низким тембром голоса, которым раньше (легко себе представить) она ставила на место противников, а теперь персонал больницы. Если он (персонал) порывался обидеть ее подопечного.
С каждым письмом Оскар открывает жизнь по-новому, но силы его покидают. Он угасает, затихает, исчезает. А бабушка Роза становится конкретней, зримей, суровей, словно переняла на себя тяжесть его ухода, избавив ребенка и от жалоб, и от сожалений.
Мгновенное перевоплощение – дар воистину большой актрисы. Светлане Галкиной под силу персонажи любого пола, возраста, темперамента и вероисповедания. Если не заглядывать в программку, например, спектакля «Отрочество», то не догадаешься, что тщедушный очкарик Иленька и монстрообразный абъюзер St.Jerome – одно и то же лицо. Оба показаны с легким налетом клоунады и разными оттенками сарказма. А Оскара она рисует лирическими красками, оттеняет воздушной лессировкой, и вдали открываются перед ним неизведанные синие дали, куда нам не попасть.
Историю своих писем к Богу Оскар рассказал, не вставая с больничной кровати. Синее окно. Белая палата. Крашеная дверь. «Не противься ж, Валенька, Он тебя не съест, Золоченый, маленький, Твой крестильный крест», – уговаривала мама другого ребенка, сгорающего от скарлатины. Но девочка осталась верна идеалам пионерской организации. Зачем вы так категоричны, гражданин Багрицкий. Впрочем… Валенька тоже умерла счастливой, ведь не важно, на чем основана вера, главное, что она дает силы. Давайте учиться примиряться с неизбежным, сохраняя чувство собственного достоинства, укрепляя мужество, обретая мудрость. Всё это пригодится нам за порогом.
Яна Колесинская
22 января 2026 г.
Колесинская Яна Альбертовна
Редактор, журналист,
фотограф журнала «Резонанс»
8-913-898- 49-04
yanakoleso@yandex.ru
Кремер Инна Владимировна
Заместитель директора
по творческим вопросам
(383) 210-01-52, доб. 2-94
kremer@globus-nsk.ru
Редактор, журналист,
фотограф журнала «Резонанс»
8-913-898- 49-04
yanakoleso@yandex.ru
Кремер Инна Владимировна
Заместитель директора
по творческим вопросам
(383) 210-01-52, доб. 2-94
kremer@globus-nsk.ru
Шейдель Дарья Борисовна
Главный администратор службы работы со зрителем
(383) 223-85-74
sheydel@globus-nsk.ru
Шипилова Александра Валентиновна
Начальник отдела продаж
(383) 223-66-84
bilet@globus-nsk.ru
Билетная касса
(383) 223-88-41
Бронированиe
+7-913-460-71-60 (Whatsapp)
Главный администратор службы работы со зрителем
(383) 223-85-74
sheydel@globus-nsk.ru
Шипилова Александра Валентиновна
Начальник отдела продаж
(383) 223-66-84
bilet@globus-nsk.ru
Билетная касса
(383) 223-88-41
Бронированиe
+7-913-460-71-60 (Whatsapp)
