Спектакль создается коллективным трудом.
Это режиссер, актеры, художники и многие-многие те,
кто остается невидимым зрителю,
но вносит свою лепту в творческий процесс.
Каждый из них – творческая личность,
а вместе – команда.
Это режиссер, актеры, художники и многие-многие те,
кто остается невидимым зрителю,
но вносит свою лепту в творческий процесс.
Каждый из них – творческая личность,
а вместе – команда.
Дорогие наши зрители!
Театральный журнал «Резонанс» вышел в свет в январе 2025 года и взял курс на постоянное обновление и развитие. Пусть он станет вашим советчиком и другом, путеводителем по афише, зеркалом театрального закулисья, фонариком, освещающим траектории режиссёрского замысла. Пусть он отразит ваши впечатления, чувства, мысли, вызванные театральным искусством. Пусть резонанс от наших спектаклей будет радостным!
Постоянные рубрики журнала предполагают подробное и вдумчивое знакомство с событиями, фактами, планами, атмосферой театра «Глобус». Каждая из них рассматривает определенную сторону творчества и того, что ему сопутствует.
«Процесс» — это история создания спектакля, этапы его развития вплоть до премьеры.
«Создатель» — зарисовки об участниках творческого процесса, будь то актер, режиссер, художник, композитор, служитель сцены.
«Тема» — это тематическая перекличка различных спектаклей, встречающиеся в них общие мотивы и совпадения, которые складываются в тренды и тенденции, помогая понять жизнь вокруг нас.
«Эпизод» — это слепок спектакля в одном эпизоде, наиболее полно выражающий идею и замысел создателей, акцент на какой-то грани спектакля, возможно, не замеченной на премьере. Это яркий фрагмент общей картины, это капля, отражающая море.
«Премьера» — это подробности состоявшегося спектакля, взгляд на него как на законченное произведение.
«Фотопозитив» — это фотографии с репетиций, отражающие наш позитивный настрой и отличное настроение, которое мы хотим передать зрителям.
«Моменты» — это интересные мгновения, выхваченные из гущи творческой жизни и пойманные объективом фотографа.
«Отклик» — это фотографии вас, зрителей, окликающихся эмоциями на увиденные спектакли.
«Контакты» — это координаты, по которым вы можете позвонить или написать, чтобы спросить, посоветовать, предложить, раскритиковать, поделиться впечатлениями.
Мы ждем обратной связи и будем рады более близкому знакомству с вами!
Ваш резонатор Яна Колесинская
Архивные материалы вы можете прочитать, если перейдете по ссылке на канал нашего журнала:
https://dzen.ru/id/68e104f31130210c9366334a
Постоянные рубрики журнала предполагают подробное и вдумчивое знакомство с событиями, фактами, планами, атмосферой театра «Глобус». Каждая из них рассматривает определенную сторону творчества и того, что ему сопутствует.
«Процесс» — это история создания спектакля, этапы его развития вплоть до премьеры.
«Создатель» — зарисовки об участниках творческого процесса, будь то актер, режиссер, художник, композитор, служитель сцены.
«Тема» — это тематическая перекличка различных спектаклей, встречающиеся в них общие мотивы и совпадения, которые складываются в тренды и тенденции, помогая понять жизнь вокруг нас.
«Эпизод» — это слепок спектакля в одном эпизоде, наиболее полно выражающий идею и замысел создателей, акцент на какой-то грани спектакля, возможно, не замеченной на премьере. Это яркий фрагмент общей картины, это капля, отражающая море.
«Премьера» — это подробности состоявшегося спектакля, взгляд на него как на законченное произведение.
«Фотопозитив» — это фотографии с репетиций, отражающие наш позитивный настрой и отличное настроение, которое мы хотим передать зрителям.
«Моменты» — это интересные мгновения, выхваченные из гущи творческой жизни и пойманные объективом фотографа.
«Отклик» — это фотографии вас, зрителей, окликающихся эмоциями на увиденные спектакли.
«Контакты» — это координаты, по которым вы можете позвонить или написать, чтобы спросить, посоветовать, предложить, раскритиковать, поделиться впечатлениями.
Мы ждем обратной связи и будем рады более близкому знакомству с вами!
Ваш резонатор Яна Колесинская
Архивные материалы вы можете прочитать, если перейдете по ссылке на канал нашего журнала:
https://dzen.ru/id/68e104f31130210c9366334a
В творческом процессе, скрытом от посторонних глаз,
происходит таинство, благодаря которому создается произведение искусства. Сегодня в процессе - репетиции спектакля «Онегин»
Особенности сибирской сборки
Художественный руководитель Самарского театра юного зрителя «СамАрт» Денис Хуснияров репетирует деконструкцию романа Пушкина «Евгений Онегин» по пьесе Виктории Костюкевич. Премьера спектакля «Онегин» 18 марта.
«Это было очень давно. Это были времена, когда коэффициент ай кью ещё не придумали. Было много людей, которые не считали до пяти и резали вымышленным ножом вымышленную шею. Люди любили землю, а земли было очень много».
Ни за что не догадаетесь, что это за текст. Никто бы не догадался, если бы не открыл пьесу Виктории Костюкевич «Онегин». Драматург инсценировала великое произведение по заказу режиссера Дениса Хусниярова специально для театра «Глобус». Автор прошла по следам романа, разобрав его как конструктор, собрав заново, посадив на современный фундамент.
В этой пьесе настоящее вытекает из прошлого; день сегодняшний, оглядываясь назад, взаимодействует с романом, влияет на него, сопрягает его с процессами, происходящими в современном мире. Текст переосмысляется с точки зрения человека новой эпохи, который знает многие строки Пушкина наизусть, привык к ним как к части нашей жизни, но не заглядывает в глубины. Театр – искусство интерпретации, а не литературного пересказа, поэтому не стоит ждать досконального чтения «Евгения Онегина». Но его ПРОчтение обещает нестандартный взгляд на привычные вещи.
Действие начинается с эпизода похорон дяди Онегина, который, как известно, был честных правил, но речь не о правилах. Воссоздаются русские обряды, включая заупокойные песни, соболезнования, милостыню, поминки, блины. Не забываем, что роман Пушкина – это, как внушил нам неистовый Виссарион, «энциклопедия русской жизни», начиная от истоков, продолжая ярмарками невест, гаданиями, пирами, балами, сплетнями на балу, знакомствами и конфликтами, скрытыми за безобидными на первый взгляд вопросами и такими же неявными ответами.
Онегин, добрый мой приятель… Как же, как же.
Заглавный герой – вовсе не тот, за кого вы его принимали. А принимали вы его за циника и эгоиста, не так ли? Нет, считает Денис Хуснияров, Онегин впервые в жизни влюбился. До встречи с Татьяной у него были ни к чему не обязывающие интрижки, но только Татьяна по-настоящему его взволновала. Онегин не понимает, что происходит, не знает, что с этим делать, боится расстаться с привычной жизнью и ступить в неизвестность. Поэтому гораздо проще сбежать – прежде всего от себя.
И Ольга вовсе не та. В чертах у Ольги жизни нет? Онегин соврал, чтобы Ленского задеть. Может, Ольга и была когда-то легкомысленной пташкой, витала в облаках, собиралась замуж за поэта-романтика. Гибель Ленского ее переломила. Немыслимая душевная боль, нервный срыв, истерика – рушится ее жизнь. Режиссер попросил драматурга усилить сцену дуэли, потому что она здесь ключевая, ударная, самая страшная. Это граница между ДО и ПОСЛЕ.
А Ленский… А Татьяна… Впрочем, еще рано выдавать характеристики. Режиссер предлагает актерам пробовать свои варианты, придумывать собственные решения. Застольный период – это первое погружение, поиск ритма и формы, осваивание новаторского текста пьесы, открытие нового в нем и в себе.
На сцену, помимо главных героев, выйдут Хор, Князь, Калека, Слепой, Нищенка, Слуга, Кучер, Гадалка, Ямщик, Хозяйка гостиницы и опять хор… Гущу народной жизни, многообразие типажей в ней репетируют всего 13 актеров, существующих по принципу, сформулированному режиссером: «Оставим здесь часть себя. Чем больше оставим, тем больше к нам вернется». Зрителю предстоит вовлечение в совместную с театром интеллектуальную работу, предполагающую ПЕРЕосмысление Пушкина на новых частотах восприятия.
19 февраля 2026 г.
«Это было очень давно. Это были времена, когда коэффициент ай кью ещё не придумали. Было много людей, которые не считали до пяти и резали вымышленным ножом вымышленную шею. Люди любили землю, а земли было очень много».
Ни за что не догадаетесь, что это за текст. Никто бы не догадался, если бы не открыл пьесу Виктории Костюкевич «Онегин». Драматург инсценировала великое произведение по заказу режиссера Дениса Хусниярова специально для театра «Глобус». Автор прошла по следам романа, разобрав его как конструктор, собрав заново, посадив на современный фундамент.
В этой пьесе настоящее вытекает из прошлого; день сегодняшний, оглядываясь назад, взаимодействует с романом, влияет на него, сопрягает его с процессами, происходящими в современном мире. Текст переосмысляется с точки зрения человека новой эпохи, который знает многие строки Пушкина наизусть, привык к ним как к части нашей жизни, но не заглядывает в глубины. Театр – искусство интерпретации, а не литературного пересказа, поэтому не стоит ждать досконального чтения «Евгения Онегина». Но его ПРОчтение обещает нестандартный взгляд на привычные вещи.
Действие начинается с эпизода похорон дяди Онегина, который, как известно, был честных правил, но речь не о правилах. Воссоздаются русские обряды, включая заупокойные песни, соболезнования, милостыню, поминки, блины. Не забываем, что роман Пушкина – это, как внушил нам неистовый Виссарион, «энциклопедия русской жизни», начиная от истоков, продолжая ярмарками невест, гаданиями, пирами, балами, сплетнями на балу, знакомствами и конфликтами, скрытыми за безобидными на первый взгляд вопросами и такими же неявными ответами.
Онегин, добрый мой приятель… Как же, как же.
Заглавный герой – вовсе не тот, за кого вы его принимали. А принимали вы его за циника и эгоиста, не так ли? Нет, считает Денис Хуснияров, Онегин впервые в жизни влюбился. До встречи с Татьяной у него были ни к чему не обязывающие интрижки, но только Татьяна по-настоящему его взволновала. Онегин не понимает, что происходит, не знает, что с этим делать, боится расстаться с привычной жизнью и ступить в неизвестность. Поэтому гораздо проще сбежать – прежде всего от себя.
И Ольга вовсе не та. В чертах у Ольги жизни нет? Онегин соврал, чтобы Ленского задеть. Может, Ольга и была когда-то легкомысленной пташкой, витала в облаках, собиралась замуж за поэта-романтика. Гибель Ленского ее переломила. Немыслимая душевная боль, нервный срыв, истерика – рушится ее жизнь. Режиссер попросил драматурга усилить сцену дуэли, потому что она здесь ключевая, ударная, самая страшная. Это граница между ДО и ПОСЛЕ.
А Ленский… А Татьяна… Впрочем, еще рано выдавать характеристики. Режиссер предлагает актерам пробовать свои варианты, придумывать собственные решения. Застольный период – это первое погружение, поиск ритма и формы, осваивание новаторского текста пьесы, открытие нового в нем и в себе.
На сцену, помимо главных героев, выйдут Хор, Князь, Калека, Слепой, Нищенка, Слуга, Кучер, Гадалка, Ямщик, Хозяйка гостиницы и опять хор… Гущу народной жизни, многообразие типажей в ней репетируют всего 13 актеров, существующих по принципу, сформулированному режиссером: «Оставим здесь часть себя. Чем больше оставим, тем больше к нам вернется». Зрителю предстоит вовлечение в совместную с театром интеллектуальную работу, предполагающую ПЕРЕосмысление Пушкина на новых частотах восприятия.
19 февраля 2026 г.
Тайная любовь королевы
Сергей Захарин начал репетиции спектакля «Стакан воды» Эжена Скриба про интриги английского двора, основанные на двух основных социальных потребностях: во власти и в любви. Премьера 4 апреля.
Сергей Захарин предложил привнести в творческую жизнь театра традицию – начинать работу над спектаклем с особого ритуала. Так кинематографисты в первый съёмочный день пишут на белой тарелке название будущего фильма и имена всех причастных. И торжественно разбивают её о штатив. Осколки сохраняют на память, а если тарелка не разбилась, то фильм может не выйти в прокат.
«Но мы ничего разбивать не будем, а поступим по-своему», – сказал режиссер и принес в репзал прозрачный стеклянный шар. Попросил актеров написать свои пожелания спектаклю и друг другу, сложить из них самолетики, опустить в волшебную емкость. Послания будут зачитаны на банкете в честь премьеры. А пока эти тайные записки остаются в шаре, они создают ауру творчества и сотворчества. Впрочем, актеры, занятые в спектаклях Сергея Захарина (он поставил в «Глобусе» «Олесю», «Тима Талера» и «Снежную королеву»), все как один отмечают, что репетиции и без ритуала всегда так, что хочется горы свернуть.
Застольный период «Стакана воды» начался с чтения варианта пьесы, адаптированного к сегодняшнему дню. Французский драматург Эжен Скриб написал один из 150 своих опусов, пятиактную комедию «Стакан воды», в 1840 году. Главный режиссер театра «Глобус» Сергей Захарин приступил к ней в начале 2026-го, ужав 70-страничный текст на треть. Главное, были упразднены многочисленные апарты (реплики в сторону), характерные для разъяснительной драматургии прошлых веков, ведь современный артист умеет сыграть любое состояние без слов. Кроме того, исчезли излишние подробности политических интриг в Сент-Джемском дворце, зато укрупнилась любовная линия. Как известно, и нечего тут греха таить, самое интересное для зрителя – это любовь, а любовь знатных особ, включая королеву, тем паче.
Полное название пьесы – «Стакан воды, или Причины и следствия». Отталкиваясь от него, режиссер делает акцент на ключевой реплике виконта Болингброка: «Я стал министром потому, что умел хорошо танцевать сарабанду, и перестал им быть потому, что схватил насморк».
– Любое событие порой зависит от набора случайностей. Для сравнения я прочитал ряд различных историй на эту тему. Например, Наполеон, пришивая пуговицу, пропустил важное сражение, тем самым потерпел крушение во всей войне. В нашем сюжете из-за маленькой песчинки, то есть из-за обычного стакана воды, рушится карточный домик, – говорит режиссер.
Что касается личного краха, то если одного и того же красавчика любят сразу три женщины, то как минимум двое из них останутся с разбитым сердцем. Прапорщик гвардейского полка Мешем мало того что патриот, а еще и пылко влюблен в продавщицу ювелирного магазина. Не в герцогиню Мальборо, хотя это чревато. И не в королеву Анну, хотя она ради него готова на всё.
Иван Урбанович и Анна Михайленко (на фото), разбирая мотивы своих персонажей, ищут зерно роли. Мешем от природы слишком порядочен, чтобы воспользоваться чувствами королевы. Королева слишком зависима от своего положения, чтобы поступать по велению сердца. Но сердце хочет слишком многого. А чем всё обернется… Проживем-увидим, как говорят мудрые люди.
19 февраля 2026 г.
Сергей Захарин предложил привнести в творческую жизнь театра традицию – начинать работу над спектаклем с особого ритуала. Так кинематографисты в первый съёмочный день пишут на белой тарелке название будущего фильма и имена всех причастных. И торжественно разбивают её о штатив. Осколки сохраняют на память, а если тарелка не разбилась, то фильм может не выйти в прокат.
«Но мы ничего разбивать не будем, а поступим по-своему», – сказал режиссер и принес в репзал прозрачный стеклянный шар. Попросил актеров написать свои пожелания спектаклю и друг другу, сложить из них самолетики, опустить в волшебную емкость. Послания будут зачитаны на банкете в честь премьеры. А пока эти тайные записки остаются в шаре, они создают ауру творчества и сотворчества. Впрочем, актеры, занятые в спектаклях Сергея Захарина (он поставил в «Глобусе» «Олесю», «Тима Талера» и «Снежную королеву»), все как один отмечают, что репетиции и без ритуала всегда так, что хочется горы свернуть.
Застольный период «Стакана воды» начался с чтения варианта пьесы, адаптированного к сегодняшнему дню. Французский драматург Эжен Скриб написал один из 150 своих опусов, пятиактную комедию «Стакан воды», в 1840 году. Главный режиссер театра «Глобус» Сергей Захарин приступил к ней в начале 2026-го, ужав 70-страничный текст на треть. Главное, были упразднены многочисленные апарты (реплики в сторону), характерные для разъяснительной драматургии прошлых веков, ведь современный артист умеет сыграть любое состояние без слов. Кроме того, исчезли излишние подробности политических интриг в Сент-Джемском дворце, зато укрупнилась любовная линия. Как известно, и нечего тут греха таить, самое интересное для зрителя – это любовь, а любовь знатных особ, включая королеву, тем паче.
Полное название пьесы – «Стакан воды, или Причины и следствия». Отталкиваясь от него, режиссер делает акцент на ключевой реплике виконта Болингброка: «Я стал министром потому, что умел хорошо танцевать сарабанду, и перестал им быть потому, что схватил насморк».
– Любое событие порой зависит от набора случайностей. Для сравнения я прочитал ряд различных историй на эту тему. Например, Наполеон, пришивая пуговицу, пропустил важное сражение, тем самым потерпел крушение во всей войне. В нашем сюжете из-за маленькой песчинки, то есть из-за обычного стакана воды, рушится карточный домик, – говорит режиссер.
Что касается личного краха, то если одного и того же красавчика любят сразу три женщины, то как минимум двое из них останутся с разбитым сердцем. Прапорщик гвардейского полка Мешем мало того что патриот, а еще и пылко влюблен в продавщицу ювелирного магазина. Не в герцогиню Мальборо, хотя это чревато. И не в королеву Анну, хотя она ради него готова на всё.
Иван Урбанович и Анна Михайленко (на фото), разбирая мотивы своих персонажей, ищут зерно роли. Мешем от природы слишком порядочен, чтобы воспользоваться чувствами королевы. Королева слишком зависима от своего положения, чтобы поступать по велению сердца. Но сердце хочет слишком многого. А чем всё обернется… Проживем-увидим, как говорят мудрые люди.
19 февраля 2026 г.
Создатель - это участник творческого процесса, тот, кто вносит свою лепту в рождение спектакля. Театр начинается с актера, а продолжают его режиссер, сценограф, художник, хореограф, композитор...
ДВАДЦАТЬ ЛЕТ СПУСТЯ
Елена Иванова: логопед, педагог по речи театра «Глобус», доцент кафедры музыкального воспитания и сценической речи Новосибирского государственного театрального института.
Из репетиционного зала театра «Глобус» доносятся весьма странные звуки. Смех, пыхтение, распевка, завывания, горное эхо, стоны больного, мычание немтыря, что-то вроде шариковского «абырвалг» выстраиваются в шумовую картину дня. Это – внутренняя сторона дела, изнанка спектакля, разбег в искусство актера. «Давайте с вами раздышимся!» – предлагает Елена Владимировна. Командует: – Переходим к упражнениям на утяжеление!». Да тут настоящая физкультура, форма одежды – рабочая. На занятиях по речи ты пластилин в руках педагога, зато на сцене – властитель коллективных дум.
Обладатель рокочущего баритона Никита Лебедев приходит на урок по сценической речи поработать над дикцией, а затем перейти к «Генералу и его семье», куда он ввелся на восемь эпизодических ролей, а еще и управляет текстом автора. Елена Владимировна помогает провести перспективу через множество речевых звеньев. Харизматичный балагур Денис Васьков принес монолог плута и сплетника Загорецкого из «Горя от ума». Елена Владимировна показывает, как выделить ударные реплики, от которых зависит поворот сюжета. Чуть у актера в тексте запендя – есть к кому обратиться.
Греческий оратор Демосфен, стоя на краю скалы, перекрикивал шум волн с набитым камнями ртом. Британский политик Уинстон Черчилль избавлялся от шепелявости, произнося скороговорки перед зеркалом. Кинодива Мэрилин Монро маскировала природное заикание чувственным придыханием. Легендарный голос Победы Юрий Левитан читал текст стоя на руках. Актеры театрального института с первого курса занимаются у педагога по речи, начинают с азов. Проходят логопедический тренинг и артикуляционную гимнастику, вырабатывают диафрагмальное дыхание, положив на живот том Станиславского. Стоять на голове их не заставляют, но камешки во рту перекатывать приходится, а бутылочная пробка всегда в кармане. Елена Владимировна особенно любит индивидуальные уроки, для которых требуется нестандартный подход. Даже у самых талантливых ребят проскальзывают дефекты речи, не исправленными в детстве. Их можно и замаскировать, как Мэрилин Монро, но лучше безболезненно устранить, благо в арсенале самый современный инструментарий.
Продолжать совершенствовать речь необходимо на протяжении всей актерской карьеры. И это самое интересное для педагога – работать над ролью с готовым актером. Но в театр «Глобус» Елена Владимировна попала не сразу. Этому предшествовал длительный этап личностного и профессионального становления.
Во время учебы в Алтайском государственном институте культуры (факультет художественного творчества, кафедра сценической речи, специальность «преподаватель, руководитель литературно-поэтического театра») Елена Владимировна, тогда еще просто Лена, зажигалка-егоза, с небольшой компанией однокурсниц наведывалась в Новосибирск, а там – крышесносные впечатления от Рождественского фестиваля в «Глобусе». Стала приезжать сюда на премьеры, с каждым разом всё больше влюблялась в этот театр. Загадывала: хочу работать здесь и только здесь! Не актрисой, а по своей профессии – помогать служителям сцены отшлифовывать образ. «Где уж... куда уж...», – говорил ее любимый Астров. Зачехлила мечту, отодвинула на полочку будущего.
Диплом писала, разумеется, по материалам театра «Глобус» – моноспектаклям «Сто лет одиночества» и «Повесть о Сонечке», тема «Эволюция форм литературного театра». Во время защиты поступило предложение из Новосибирского областного колледжа культуры и искусства. Так она и переехала в Новосибирск. Параллельно работала часовиком в НГТИ – кафедра музыкального воспитания и сценической речи. Там «дождались, пока я сына подращу, и взяли в штат. А я в третий декрет умудрилась уйти», – разводит руками Елена Владимировна. Всегда хотелось иметь большую семью, но и работать на износ…
Педагог, стремящийся чему-то научить, сам должен непрерывно учиться, проходить переподготовку, несомненно, быть в курсе театральных событий «Глобуса», удостоиться звания Лауреата первой степени на Всероссийском конкурсе исполнителей художественного слова. Сама удивлялась, как еще и успевала ездить в Краснообск, где взялась за руководство поэтическим театром «Жираф».
Работа со школьниками – особая история. Елена Владимировна – не просто педагог, а режиссер, выстраивающий спектакль от начала и до конца. Она выводила ребят за рамки литературно-драматической композиции, ведь, считает она, где слово, там и действие, одно без другого не существует. В постановке «Деловые люди» по рассказам О.Генри пятеро школьников не просто жонглировали словами, персонажами и апельсинами, а еще и прыгали до потолка, ездили верхом друг на друге, пускались в неистовый фокстрот, кувыркались и падали, взлетали и парили, усаживались на стулья отдышаться и погружали зал в атмосферу шикарного юмора и тончайшей иронии. На поклоне Елена Владимировна мало чем от них отличалась – такая же юная, окрыленная и устремленная.
А как они творили «Евгения Онегина»! Читали не только Пушкина, но и Лотмана, разбирали каждую строчку, расшифровывали каждое слово, и, говорит она, «старшеклассники ждали репетиций, рвались в бой! Когда вскрываешь им мозги, то начинаешь замечать, как из беспомощных цыпляток формируются личности с убеждениями и собственной позицией. Чувствовать себя Пигмалионом – потрясающее педагогическое ощущение!»
Загрузка немыслимая. Дома дым коромыслом. Некогда даже перекусить. Донести бы голову до подушки, но обязательно посидеть с книгой, написать пост в ВК с цитатой из классика и резюмировать: «Еще главу – и спать». И вот, по дороге из пункта А в пункт Б, поступил звонок с незнакомого номера. Это было начало новой жизни.
Звонила директор «Глобуса» Татьяна Николаевна Людмилина. Театру нужен педагог по сценической речи, Василий Иванович Кузин (ректор НГТИ) рекомендовал… Ровно 20 лет прошло с того момента, как мечту отправили ждать своего часа! Но если в знаменитом романе Дюма повзрослевшие герои расстались с идеалами юности, то здесь всё происходило с точностью наоборот.
Недавняя студентка пролепетала: «Можно, я немножко подумаю над графиком?» Очнувшись, обратилась сама к себе: «Боже мой, море работы, как же мне распределиться-то… Но такие предложения, Лена, поступают раз в жизни». Что ж, пришлось расстаться с «Жирафом». Разве не приятно доверить свое детище ученикам, которых воспитывала для серьезной работы?
Три года назад Елена Владимировна впервые зашла в театр со служебного входа. Плутала по бесконечным лабиринтам, переходам, лестницам закулисья, где, казалось, невозможно ориентироваться без гугл-карты. Зато актеры встретили ее как родную, ведь учились у нее в институте, совершая открытия самих себя. А в начале нынешнего сезона она, фанатка Чехова, попав в постановочную команду спектакля «Дама с собачкой», еще раз убедилась: счастье есть!
С режиссером Игорем Тепловым совпало всё! Работали над лепкой фразы, расстановкой смысловых акцентов, вербализацией нематериальных вещей, укреплением режиссерской идеи речевыми средствами. Помогали актерам (а они уже опытные мастера) отстраивать шумные мизансцены, направлять речевой посыл в нужно русло. К примеру, выстроить путь Гурова от легкомысленного ловеласа до глубоко страдающего человека…
Молодежь тоже ее обожает: «Почему вас так долго не было, мы скучали!» Иногородние пишут в ВК: «Вы меня научили выговаривать звук «л»! Просто и доступно за десять минут перерыва между парами объяснили технику произношения и дали список упражнений. За неделю я выработала привычку произносить этот ненавистный ранее мной звук правильно. До сих пор вспоминаю и благодарю». А как иначе, если педагог в каждого вкладывает частичку себя. И обладает бесценным даром соединять непосредственную радость от красоты этого мира, детскую неугомонность, эмоциональную чуткость с требовательностью и строгостью доцента вуза.
Младшие Ивановы унаследовали от родителей творческий огонь. Тасе 18 лет – пропадает в театре, посещает тренинги, знает наизусть Пушкина, учится на режиссера досуговых программ. Степе 16 – закончил школу искусств по классу виолончели, самостоятельно освоил (не без помощи папы-музыканта, конечно) клавиши и гитару, будучи киноманом, пересмотрел всю классику Голливуда. Мише девять – играет на аккордеоне, танцует в ансамбле «Метелица», планирует поступить в студию пластики и вокальную студию «Глобуса», и, говорит мама, «всю плешь мне переел, что хочет работать в театре». Так что преемники порастают, ведь счастливый пример заразителен.
Яна Колесинская
На фото автора: 1) Елена Иванова; 2) с учеником, актером театра «Глобус» Андреем Калашником; 3-9) занятия по речи в театре «Глобус»; 10-13) День артиста; 14) Поклон спектакля «Деловые люди».
16 февраля 2026 г.
Елена Иванова: логопед, педагог по речи театра «Глобус», доцент кафедры музыкального воспитания и сценической речи Новосибирского государственного театрального института.
Из репетиционного зала театра «Глобус» доносятся весьма странные звуки. Смех, пыхтение, распевка, завывания, горное эхо, стоны больного, мычание немтыря, что-то вроде шариковского «абырвалг» выстраиваются в шумовую картину дня. Это – внутренняя сторона дела, изнанка спектакля, разбег в искусство актера. «Давайте с вами раздышимся!» – предлагает Елена Владимировна. Командует: – Переходим к упражнениям на утяжеление!». Да тут настоящая физкультура, форма одежды – рабочая. На занятиях по речи ты пластилин в руках педагога, зато на сцене – властитель коллективных дум.
Обладатель рокочущего баритона Никита Лебедев приходит на урок по сценической речи поработать над дикцией, а затем перейти к «Генералу и его семье», куда он ввелся на восемь эпизодических ролей, а еще и управляет текстом автора. Елена Владимировна помогает провести перспективу через множество речевых звеньев. Харизматичный балагур Денис Васьков принес монолог плута и сплетника Загорецкого из «Горя от ума». Елена Владимировна показывает, как выделить ударные реплики, от которых зависит поворот сюжета. Чуть у актера в тексте запендя – есть к кому обратиться.
Греческий оратор Демосфен, стоя на краю скалы, перекрикивал шум волн с набитым камнями ртом. Британский политик Уинстон Черчилль избавлялся от шепелявости, произнося скороговорки перед зеркалом. Кинодива Мэрилин Монро маскировала природное заикание чувственным придыханием. Легендарный голос Победы Юрий Левитан читал текст стоя на руках. Актеры театрального института с первого курса занимаются у педагога по речи, начинают с азов. Проходят логопедический тренинг и артикуляционную гимнастику, вырабатывают диафрагмальное дыхание, положив на живот том Станиславского. Стоять на голове их не заставляют, но камешки во рту перекатывать приходится, а бутылочная пробка всегда в кармане. Елена Владимировна особенно любит индивидуальные уроки, для которых требуется нестандартный подход. Даже у самых талантливых ребят проскальзывают дефекты речи, не исправленными в детстве. Их можно и замаскировать, как Мэрилин Монро, но лучше безболезненно устранить, благо в арсенале самый современный инструментарий.
Продолжать совершенствовать речь необходимо на протяжении всей актерской карьеры. И это самое интересное для педагога – работать над ролью с готовым актером. Но в театр «Глобус» Елена Владимировна попала не сразу. Этому предшествовал длительный этап личностного и профессионального становления.
Во время учебы в Алтайском государственном институте культуры (факультет художественного творчества, кафедра сценической речи, специальность «преподаватель, руководитель литературно-поэтического театра») Елена Владимировна, тогда еще просто Лена, зажигалка-егоза, с небольшой компанией однокурсниц наведывалась в Новосибирск, а там – крышесносные впечатления от Рождественского фестиваля в «Глобусе». Стала приезжать сюда на премьеры, с каждым разом всё больше влюблялась в этот театр. Загадывала: хочу работать здесь и только здесь! Не актрисой, а по своей профессии – помогать служителям сцены отшлифовывать образ. «Где уж... куда уж...», – говорил ее любимый Астров. Зачехлила мечту, отодвинула на полочку будущего.
Диплом писала, разумеется, по материалам театра «Глобус» – моноспектаклям «Сто лет одиночества» и «Повесть о Сонечке», тема «Эволюция форм литературного театра». Во время защиты поступило предложение из Новосибирского областного колледжа культуры и искусства. Так она и переехала в Новосибирск. Параллельно работала часовиком в НГТИ – кафедра музыкального воспитания и сценической речи. Там «дождались, пока я сына подращу, и взяли в штат. А я в третий декрет умудрилась уйти», – разводит руками Елена Владимировна. Всегда хотелось иметь большую семью, но и работать на износ…
Педагог, стремящийся чему-то научить, сам должен непрерывно учиться, проходить переподготовку, несомненно, быть в курсе театральных событий «Глобуса», удостоиться звания Лауреата первой степени на Всероссийском конкурсе исполнителей художественного слова. Сама удивлялась, как еще и успевала ездить в Краснообск, где взялась за руководство поэтическим театром «Жираф».
Работа со школьниками – особая история. Елена Владимировна – не просто педагог, а режиссер, выстраивающий спектакль от начала и до конца. Она выводила ребят за рамки литературно-драматической композиции, ведь, считает она, где слово, там и действие, одно без другого не существует. В постановке «Деловые люди» по рассказам О.Генри пятеро школьников не просто жонглировали словами, персонажами и апельсинами, а еще и прыгали до потолка, ездили верхом друг на друге, пускались в неистовый фокстрот, кувыркались и падали, взлетали и парили, усаживались на стулья отдышаться и погружали зал в атмосферу шикарного юмора и тончайшей иронии. На поклоне Елена Владимировна мало чем от них отличалась – такая же юная, окрыленная и устремленная.
А как они творили «Евгения Онегина»! Читали не только Пушкина, но и Лотмана, разбирали каждую строчку, расшифровывали каждое слово, и, говорит она, «старшеклассники ждали репетиций, рвались в бой! Когда вскрываешь им мозги, то начинаешь замечать, как из беспомощных цыпляток формируются личности с убеждениями и собственной позицией. Чувствовать себя Пигмалионом – потрясающее педагогическое ощущение!»
Загрузка немыслимая. Дома дым коромыслом. Некогда даже перекусить. Донести бы голову до подушки, но обязательно посидеть с книгой, написать пост в ВК с цитатой из классика и резюмировать: «Еще главу – и спать». И вот, по дороге из пункта А в пункт Б, поступил звонок с незнакомого номера. Это было начало новой жизни.
Звонила директор «Глобуса» Татьяна Николаевна Людмилина. Театру нужен педагог по сценической речи, Василий Иванович Кузин (ректор НГТИ) рекомендовал… Ровно 20 лет прошло с того момента, как мечту отправили ждать своего часа! Но если в знаменитом романе Дюма повзрослевшие герои расстались с идеалами юности, то здесь всё происходило с точностью наоборот.
Недавняя студентка пролепетала: «Можно, я немножко подумаю над графиком?» Очнувшись, обратилась сама к себе: «Боже мой, море работы, как же мне распределиться-то… Но такие предложения, Лена, поступают раз в жизни». Что ж, пришлось расстаться с «Жирафом». Разве не приятно доверить свое детище ученикам, которых воспитывала для серьезной работы?
Три года назад Елена Владимировна впервые зашла в театр со служебного входа. Плутала по бесконечным лабиринтам, переходам, лестницам закулисья, где, казалось, невозможно ориентироваться без гугл-карты. Зато актеры встретили ее как родную, ведь учились у нее в институте, совершая открытия самих себя. А в начале нынешнего сезона она, фанатка Чехова, попав в постановочную команду спектакля «Дама с собачкой», еще раз убедилась: счастье есть!
С режиссером Игорем Тепловым совпало всё! Работали над лепкой фразы, расстановкой смысловых акцентов, вербализацией нематериальных вещей, укреплением режиссерской идеи речевыми средствами. Помогали актерам (а они уже опытные мастера) отстраивать шумные мизансцены, направлять речевой посыл в нужно русло. К примеру, выстроить путь Гурова от легкомысленного ловеласа до глубоко страдающего человека…
Молодежь тоже ее обожает: «Почему вас так долго не было, мы скучали!» Иногородние пишут в ВК: «Вы меня научили выговаривать звук «л»! Просто и доступно за десять минут перерыва между парами объяснили технику произношения и дали список упражнений. За неделю я выработала привычку произносить этот ненавистный ранее мной звук правильно. До сих пор вспоминаю и благодарю». А как иначе, если педагог в каждого вкладывает частичку себя. И обладает бесценным даром соединять непосредственную радость от красоты этого мира, детскую неугомонность, эмоциональную чуткость с требовательностью и строгостью доцента вуза.
Младшие Ивановы унаследовали от родителей творческий огонь. Тасе 18 лет – пропадает в театре, посещает тренинги, знает наизусть Пушкина, учится на режиссера досуговых программ. Степе 16 – закончил школу искусств по классу виолончели, самостоятельно освоил (не без помощи папы-музыканта, конечно) клавиши и гитару, будучи киноманом, пересмотрел всю классику Голливуда. Мише девять – играет на аккордеоне, танцует в ансамбле «Метелица», планирует поступить в студию пластики и вокальную студию «Глобуса», и, говорит мама, «всю плешь мне переел, что хочет работать в театре». Так что преемники порастают, ведь счастливый пример заразителен.
Яна Колесинская
На фото автора: 1) Елена Иванова; 2) с учеником, актером театра «Глобус» Андреем Калашником; 3-9) занятия по речи в театре «Глобус»; 10-13) День артиста; 14) Поклон спектакля «Деловые люди».
16 февраля 2026 г.
Спектакли репертуара существуют не сами по себе и не отдельно друг от друга. Их объединяют смысловые рифмы, темы, мотивы, переклички, совпадения, которые улавливают витающие в воздухе идеи и из которых складываются направления и тенденции творческой программы. Сегодня в центре нашего внимания — эксклюзивные инсценировки "Глобуса".
КЛАССИКИ И СОВРЕМЕННИКИ: ДВЕНАДЦАТЬ
«Глобус» – это самостоятельное предприятие по производству спектаклей. В цехах театра строят декорации, шьют костюмы, изготовляют реквизит. Многие спектакли созданы по инсценировкам, которые тоже создаются внутри театра.
ОНЕГИН
18 марта на большой сцене ожидается премьера спектакля «Онегин» с подзаголовком «деконструкция романа». Свободную инсценировку вдоль знакомого сюжета сочинила постдраматург Виктория Костюкевич специально по заказу режиссера Дениса Хусниярова. В пьесе склеиваются век нынешний и век минувший, бытовой реализм переходит в фантасмагорию, фрагменты онегинской строфы чередуются с экскурсами в будущее, обозначенное как «Теория радикальной нежности» или «Монолог о первых».
Не стоит ждать буквального переноса пушкинского шедевра на сцену; нужно быть готовым к новому прочтению хрестоматийного текста. На то оно и великое произведение, чтобы допустить роскошь фантазий, возникших на его основе. Денис Хуснияров поясняет: «Я не указывал драматургу, как писать, дал только отправные точки. Прочитал пьесу и понял, что это действительно необычно, сложно и очень концептуально».
СКАЗКА О РЫБАКЕ И РЫБКЕ
У дерзкого деконструктора есть предшественники. Вольный диалог Пушкина и «Глобуса» открыли драматург Юлия Булавина и режиссер Кристина Звыкова инсценировкой «Сказки о рыбаке и рыбке» (премьера в 2024 г.), адаптированной к младшей аудитории. Постановщики сохранили и даже усилили мотив любви Старика и Старухи, не случайно же он постоянно нежничает, счастливо улыбаясь: «Какая ты у меня красивая, голубушка!» Но «голубушка» сатанеет под воздействием злых сил в лице придуманного персонажа, именуемого Советник.
Для Советника написаны реплики, толкающие Старуху к моральному падению. «Это вам от меня подарок», – то и дело сладко нашептывает он. В итоге Старуха теряет не только приобретенное неправедным путем богатство, но и то, что у нее было раньше, даже землянку. Юный зритель должен усвоить: жадность к добру не приводит, потребительская психология уничтожает личность.
ЧУК И ГЕК
Театр всё чаще прибегает к созданию эксклюзивных инсценировок, которые составляют сегодня 1/4 часть репертуара. Самый долгоиграющий спектакль этого ряда – «Чук и Гек»; осенью следующего сезона он отметит 15-летие. Режиссер Полина Стружкова, специализирующаяся на постановках детских спектаклей, сама и сделала инсценировку рассказа Аркадия Гайдара, определив жанр как «советская сказка о счастье».
Она придумала прием, совершенно новаторский для н-ских театров, – перенесла действие в радиорубку, где идет запись спектакля для рубрики «Театр у микрофона», популярной в советское время. Стены помещения обшиты звуконепроницаемыми панелями, сверху горят буквы «Тихо, идет запись!», ведущий читает текст от автора, двое исполнители ролей вступают по его знаку. Хотя они играют Чука и Гека как на настоящей сцене, главным действующим лицом является звук. Так, Гек шаркает щеткой по деревянному ящику, а Чук катает штангу по металлическому кругу, чтобы передать грохот поезда. Обычные предметы – столешницы, чемоданы, коробки и всё, что попадает под руку – объединяются в настоящий оркестр.
ДЕНИСКИНЫ РАССКАЗЫ
Следом за «Чуком и Геком» появились «Денискины рассказы». Инсценировку в соавторстве с режиссером Алексеем Крикливым написала тогда еще завлит, а ныне замдиректора по творческим вопросам Инна Кремер. Она выбрала 15 самых популярных рассказов Виктора Драгунского («Где это видано, где это слыхано...» «Девочка на шаре», «Он живой и светится», «Тайное становится явным» и другие) и объединила их в цельный сюжет, скрепленный темой познания мира.
Первоклассники Дениска Кораблев и Мишка Слонов сочиняют собственную вселенную, где есть место и авантюрному обмену новой пожарной машины на живого светящегося жука, и бесшабашной школьной самодеятельности, и мечтам о космосе. История окольцована символом дружбы – цепочка персонажей, взявшись за руки, радостно шествует вдоль сцены.
ТРОЕ В ЛОДКЕ, НЕ СЧИТАЯ СОБАКИ
Режиссер, точно представляющий, чего он хочет, сам берется за создание инсценировки. В 2015 году заслуженный артист России и начинающий режиссер Лаврентий Сорокин, вынашивая замысел спектакля «Трое в лодке, не считая собаки», аналогов которому не встречал, придумал авторский жанр – «кризис среднего возраста у мужчин в 24 картинах». И сразу заявил, что это инсценировка по очень отдаленным мотивам Джерома К. Джерома.
Сорокин вывел на сцену говорящего пса Монморанси, единственное в этой истории (в отличие от первоисточника) невозмутимое и рассудительное существо, – и трех русских лентяев, только изображающих англичан, которые пускаются в путешествие лишь в своих фантазиях. Исключил из проекта женских персонажей, заменил их фигурой Автора, выскакивающего на сцену в различных образах – то в платье и чепце, то в смокинге и котелке.
Этот Автор неостановимо лопочет по-английски, а сам Сорокин за режиссерский столиком переводит поток английской речи в духе зажавшего нос прищепкой Гоблина из видеосалонов далеких 90-х. Получилась комедия в чистом виде, которая до сих пор собирает аншлаги, но теперь уже с другим переводчиком, и в память о Лаврентии Сорокине.
ГЕНЕРАЛ И ЕГО СЕМЬЯ
В 2021 году одна за другой вышли две режиссерские инсценировки. Сезон открылся премьерой «Генерала и его семьи» по роману Тимура Кибирова. Алексей Крикливый усилил тему семьи, которая и есть главная ценность и предназначение человека. А воплощает эту ценность генерал Бочажок – персонаж комический, с пышными усами и накладным пузиком, но в нем открывается такая тонкость души, какую не всегда встретишь у офицеров высшего чина.
Соответствующая роману игровая природа и веселая условность спектакля сближает историю генерала с анекдотами про Чапаева, фантазиями на тему советских кинокомедий, капустными миниатюрами с воображаемыми предметами. А в финале явлен главный прием инсценировки. Театр делает композиционный кульбит и поворачивает время вспять. Генерал, уже без грима, предстает в самом начале армейской службы, в которой планирует сделать карьеру, но откажется от нее ради будущего родных. Здесь окончательно пропадает сатирический пафос и остается ничем не замутненное чувство достойно прожитой жизни.
МАЛЬЧИКИ
В основе спектакля «Мальчики» тоже лежит советский текст. Но идеалистическая повесть Владислава Крапивина «Та сторона, где ветер» расположена на противоположном от Кибирова полюсе. Режиссер, автор литературной композиции и музыки Артем Терехин убрал привязку к конкретному времени, а воздушный змей, фигурирующий на сцене, – не столько примета прошлого века, сколько метафора свободы, полета, мечты, безвозвратно ушедшего детства.
Терехин построил историю как воспоминание повзрослевших героев о тех годах, когда деревья были большими, а трава изумрудной, хотя на взгляд прагматика, это всего лишь искусственное покрытие. Театр размышляет над тем, какими стали бывшие романтики, как изменилось их мировоззрение, что утрачено навсегда, как трансформируется память, объятая счастливыми воспоминаниями. Какова природа конфликта между романтикой детства и сегодняшним цинизмом, наконец.
ПРИНЦ И НИЩИЙ
Прошлый сезон 2024-2025 оказался рекордным по количеству режиссерских инсценировок. «Принц и нищий» открыл премьерный ряд. Владимир Данай сделал из книги Марка Твена «Роман в современных картинах». Эпизоды, заключенные в формат квадрата, в соответствии с клиповым восприятием мира быстро сменяют друг друга, подобно сториз в Инстаграме, а Тим и Эдуард не расстаются с гаджетами. Королевский дворец выглядит как современный офис, под двором отбросов подразумевается спальный район. Бедняк беспрестанно вопит «Офигенно!» и заставляет секьюрити слушать рэп; богач грозит оффникам всемогущим папой и уползает с расквашенным носом.
Тема социального неравенства усилилась мотивом вынужденной принадлежности: вырваться за пределы своего круга невозможно, да и бессмысленно. Лучше, по мере сил и возможностей, приносить пользу на своем месте. Для этого в прологе озвучивается сказка о черепахе и скорпионе, а в финале к зрителям выходит кукольный верблюд, намекающий на притчу об игольном ушке.
ОЛЕСЯ
Сергей Захарин, оставив диалоги повести Куприна «Олеся» почти неприкосновенными, сместил смысловые акценты в характерах персонажей. Заглавная героиня из простодушной жертвы выросла в сильную и самодостаточную личность. Она предугадывает гибельность своего выбора и готова расплатиться за любовь, которая с самого начала пульсировала сигналами опасности. Ее возлюбленный, избалованный городской барин, лишен эгоизма и надменности. Охваченный сильным чувством, он взрослеет морально, хотя и совершает свойственные юности ошибки.
ТРИУМФАЛЬНАЯ АРКА
Спектакль, полностью созданный силами труппы, включая инсценировку, – особое достижение театра. Ирина Камынина, актриса с 35-летним стажем работы в «Глобусе», недавно получила еще один диплом о высшем образовании. В своей второй режиссерской работе она выступила и как инсценировщик.
Она превратила свой любимый роман «Триумфальная арка» Эриха Марии Ремарка в пьесу с подзаголовком «Комикс-драма. Воскрешение». Сократила количество действующих лиц до восьми, а собирательный образ города отдала одному персонажу, который значится в первой строчке программки под именем Париж. Главная тема первоисточника сохранилась – несломленный герой в бесчеловечном мире.
Его потаенные мысли вынесены на полотно экрана в виде субтитров. Там же всплывают облачка с краткими подсказками, мимикрирующие под развлекательную юмористическую историю, в угоду обывателям, не желающим признавать угрозу войны. Тем самым усиливается контраст поддельного и настоящего. На протяжении всего спектакля на сцене остается Равик, проживающий историю любви, мести и возрождения.
АЛЬПИЙСКАЯ БАЛЛАДА
Максим Кальсин интерпретировал повесть Василя Быкова как «пластическо-драматическую сюиту для двух героев» и рассказчика, сопровождающего историю на протяжении всего действия и комментируя ее с экзистенциальной обреченностью.
Прологом идет фрагмент очерка Быкова «Однажды в самом конце войны», а в финале главная героиня, оставшаяся в живых, обращается в полном драматизма письме к родственникам героя. Постановщик проводит водораздел между действительностью и мечтой, отдавая предпочтение вымыслу о счастливом исходе трагических обстоятельств.
ТИМ ТАЛЕР, ИЛИ ПРОДАННЫЙ СМЕХ
Год назад Сергей Захарин принял должность главного режиссера театра «Глобус». Его первая работа в новой должности и первая премьера 96-го сезона на большой сцене – музыкальный спектакль для всей семьи «Тим Талер, или Проданный смех» по мотивам повести Джеймса Крюса.
Постановщик ужал громоздкий первоисточник до простой и внятной истории, универсальной для любого времени и любой точки на карте. Усилил тему первой любви, которая проходит через непростые испытания. Завязал интригу на харизматичной троице приспешников черта с отсылкой к Воланду. Особым достижением постановки стали специально написанные для «Глобуса» музыкальные хиты уровня бродвейского мюзикла. Под воздействием зажигательных или лирических вокально-танцевальных композиций зал с первых минут действия вовлекается в стихию захватывающих приключений.
Двенадцать эксклюзивных инсценировок – показатель уникальности театра «Глобус», его творческой энергии, его созвучии дню сегодняшнему. Солнце светит, шарик крутится, корабль плывет, пути необозримы.
Яна Колесинская
27 февраля 2026 г.
«Глобус» – это самостоятельное предприятие по производству спектаклей. В цехах театра строят декорации, шьют костюмы, изготовляют реквизит. Многие спектакли созданы по инсценировкам, которые тоже создаются внутри театра.
ОНЕГИН
18 марта на большой сцене ожидается премьера спектакля «Онегин» с подзаголовком «деконструкция романа». Свободную инсценировку вдоль знакомого сюжета сочинила постдраматург Виктория Костюкевич специально по заказу режиссера Дениса Хусниярова. В пьесе склеиваются век нынешний и век минувший, бытовой реализм переходит в фантасмагорию, фрагменты онегинской строфы чередуются с экскурсами в будущее, обозначенное как «Теория радикальной нежности» или «Монолог о первых».
Не стоит ждать буквального переноса пушкинского шедевра на сцену; нужно быть готовым к новому прочтению хрестоматийного текста. На то оно и великое произведение, чтобы допустить роскошь фантазий, возникших на его основе. Денис Хуснияров поясняет: «Я не указывал драматургу, как писать, дал только отправные точки. Прочитал пьесу и понял, что это действительно необычно, сложно и очень концептуально».
СКАЗКА О РЫБАКЕ И РЫБКЕ
У дерзкого деконструктора есть предшественники. Вольный диалог Пушкина и «Глобуса» открыли драматург Юлия Булавина и режиссер Кристина Звыкова инсценировкой «Сказки о рыбаке и рыбке» (премьера в 2024 г.), адаптированной к младшей аудитории. Постановщики сохранили и даже усилили мотив любви Старика и Старухи, не случайно же он постоянно нежничает, счастливо улыбаясь: «Какая ты у меня красивая, голубушка!» Но «голубушка» сатанеет под воздействием злых сил в лице придуманного персонажа, именуемого Советник.
Для Советника написаны реплики, толкающие Старуху к моральному падению. «Это вам от меня подарок», – то и дело сладко нашептывает он. В итоге Старуха теряет не только приобретенное неправедным путем богатство, но и то, что у нее было раньше, даже землянку. Юный зритель должен усвоить: жадность к добру не приводит, потребительская психология уничтожает личность.
ЧУК И ГЕК
Театр всё чаще прибегает к созданию эксклюзивных инсценировок, которые составляют сегодня 1/4 часть репертуара. Самый долгоиграющий спектакль этого ряда – «Чук и Гек»; осенью следующего сезона он отметит 15-летие. Режиссер Полина Стружкова, специализирующаяся на постановках детских спектаклей, сама и сделала инсценировку рассказа Аркадия Гайдара, определив жанр как «советская сказка о счастье».
Она придумала прием, совершенно новаторский для н-ских театров, – перенесла действие в радиорубку, где идет запись спектакля для рубрики «Театр у микрофона», популярной в советское время. Стены помещения обшиты звуконепроницаемыми панелями, сверху горят буквы «Тихо, идет запись!», ведущий читает текст от автора, двое исполнители ролей вступают по его знаку. Хотя они играют Чука и Гека как на настоящей сцене, главным действующим лицом является звук. Так, Гек шаркает щеткой по деревянному ящику, а Чук катает штангу по металлическому кругу, чтобы передать грохот поезда. Обычные предметы – столешницы, чемоданы, коробки и всё, что попадает под руку – объединяются в настоящий оркестр.
ДЕНИСКИНЫ РАССКАЗЫ
Следом за «Чуком и Геком» появились «Денискины рассказы». Инсценировку в соавторстве с режиссером Алексеем Крикливым написала тогда еще завлит, а ныне замдиректора по творческим вопросам Инна Кремер. Она выбрала 15 самых популярных рассказов Виктора Драгунского («Где это видано, где это слыхано...» «Девочка на шаре», «Он живой и светится», «Тайное становится явным» и другие) и объединила их в цельный сюжет, скрепленный темой познания мира.
Первоклассники Дениска Кораблев и Мишка Слонов сочиняют собственную вселенную, где есть место и авантюрному обмену новой пожарной машины на живого светящегося жука, и бесшабашной школьной самодеятельности, и мечтам о космосе. История окольцована символом дружбы – цепочка персонажей, взявшись за руки, радостно шествует вдоль сцены.
ТРОЕ В ЛОДКЕ, НЕ СЧИТАЯ СОБАКИ
Режиссер, точно представляющий, чего он хочет, сам берется за создание инсценировки. В 2015 году заслуженный артист России и начинающий режиссер Лаврентий Сорокин, вынашивая замысел спектакля «Трое в лодке, не считая собаки», аналогов которому не встречал, придумал авторский жанр – «кризис среднего возраста у мужчин в 24 картинах». И сразу заявил, что это инсценировка по очень отдаленным мотивам Джерома К. Джерома.
Сорокин вывел на сцену говорящего пса Монморанси, единственное в этой истории (в отличие от первоисточника) невозмутимое и рассудительное существо, – и трех русских лентяев, только изображающих англичан, которые пускаются в путешествие лишь в своих фантазиях. Исключил из проекта женских персонажей, заменил их фигурой Автора, выскакивающего на сцену в различных образах – то в платье и чепце, то в смокинге и котелке.
Этот Автор неостановимо лопочет по-английски, а сам Сорокин за режиссерский столиком переводит поток английской речи в духе зажавшего нос прищепкой Гоблина из видеосалонов далеких 90-х. Получилась комедия в чистом виде, которая до сих пор собирает аншлаги, но теперь уже с другим переводчиком, и в память о Лаврентии Сорокине.
ГЕНЕРАЛ И ЕГО СЕМЬЯ
В 2021 году одна за другой вышли две режиссерские инсценировки. Сезон открылся премьерой «Генерала и его семьи» по роману Тимура Кибирова. Алексей Крикливый усилил тему семьи, которая и есть главная ценность и предназначение человека. А воплощает эту ценность генерал Бочажок – персонаж комический, с пышными усами и накладным пузиком, но в нем открывается такая тонкость души, какую не всегда встретишь у офицеров высшего чина.
Соответствующая роману игровая природа и веселая условность спектакля сближает историю генерала с анекдотами про Чапаева, фантазиями на тему советских кинокомедий, капустными миниатюрами с воображаемыми предметами. А в финале явлен главный прием инсценировки. Театр делает композиционный кульбит и поворачивает время вспять. Генерал, уже без грима, предстает в самом начале армейской службы, в которой планирует сделать карьеру, но откажется от нее ради будущего родных. Здесь окончательно пропадает сатирический пафос и остается ничем не замутненное чувство достойно прожитой жизни.
МАЛЬЧИКИ
В основе спектакля «Мальчики» тоже лежит советский текст. Но идеалистическая повесть Владислава Крапивина «Та сторона, где ветер» расположена на противоположном от Кибирова полюсе. Режиссер, автор литературной композиции и музыки Артем Терехин убрал привязку к конкретному времени, а воздушный змей, фигурирующий на сцене, – не столько примета прошлого века, сколько метафора свободы, полета, мечты, безвозвратно ушедшего детства.
Терехин построил историю как воспоминание повзрослевших героев о тех годах, когда деревья были большими, а трава изумрудной, хотя на взгляд прагматика, это всего лишь искусственное покрытие. Театр размышляет над тем, какими стали бывшие романтики, как изменилось их мировоззрение, что утрачено навсегда, как трансформируется память, объятая счастливыми воспоминаниями. Какова природа конфликта между романтикой детства и сегодняшним цинизмом, наконец.
ПРИНЦ И НИЩИЙ
Прошлый сезон 2024-2025 оказался рекордным по количеству режиссерских инсценировок. «Принц и нищий» открыл премьерный ряд. Владимир Данай сделал из книги Марка Твена «Роман в современных картинах». Эпизоды, заключенные в формат квадрата, в соответствии с клиповым восприятием мира быстро сменяют друг друга, подобно сториз в Инстаграме, а Тим и Эдуард не расстаются с гаджетами. Королевский дворец выглядит как современный офис, под двором отбросов подразумевается спальный район. Бедняк беспрестанно вопит «Офигенно!» и заставляет секьюрити слушать рэп; богач грозит оффникам всемогущим папой и уползает с расквашенным носом.
Тема социального неравенства усилилась мотивом вынужденной принадлежности: вырваться за пределы своего круга невозможно, да и бессмысленно. Лучше, по мере сил и возможностей, приносить пользу на своем месте. Для этого в прологе озвучивается сказка о черепахе и скорпионе, а в финале к зрителям выходит кукольный верблюд, намекающий на притчу об игольном ушке.
ОЛЕСЯ
Сергей Захарин, оставив диалоги повести Куприна «Олеся» почти неприкосновенными, сместил смысловые акценты в характерах персонажей. Заглавная героиня из простодушной жертвы выросла в сильную и самодостаточную личность. Она предугадывает гибельность своего выбора и готова расплатиться за любовь, которая с самого начала пульсировала сигналами опасности. Ее возлюбленный, избалованный городской барин, лишен эгоизма и надменности. Охваченный сильным чувством, он взрослеет морально, хотя и совершает свойственные юности ошибки.
ТРИУМФАЛЬНАЯ АРКА
Спектакль, полностью созданный силами труппы, включая инсценировку, – особое достижение театра. Ирина Камынина, актриса с 35-летним стажем работы в «Глобусе», недавно получила еще один диплом о высшем образовании. В своей второй режиссерской работе она выступила и как инсценировщик.
Она превратила свой любимый роман «Триумфальная арка» Эриха Марии Ремарка в пьесу с подзаголовком «Комикс-драма. Воскрешение». Сократила количество действующих лиц до восьми, а собирательный образ города отдала одному персонажу, который значится в первой строчке программки под именем Париж. Главная тема первоисточника сохранилась – несломленный герой в бесчеловечном мире.
Его потаенные мысли вынесены на полотно экрана в виде субтитров. Там же всплывают облачка с краткими подсказками, мимикрирующие под развлекательную юмористическую историю, в угоду обывателям, не желающим признавать угрозу войны. Тем самым усиливается контраст поддельного и настоящего. На протяжении всего спектакля на сцене остается Равик, проживающий историю любви, мести и возрождения.
АЛЬПИЙСКАЯ БАЛЛАДА
Максим Кальсин интерпретировал повесть Василя Быкова как «пластическо-драматическую сюиту для двух героев» и рассказчика, сопровождающего историю на протяжении всего действия и комментируя ее с экзистенциальной обреченностью.
Прологом идет фрагмент очерка Быкова «Однажды в самом конце войны», а в финале главная героиня, оставшаяся в живых, обращается в полном драматизма письме к родственникам героя. Постановщик проводит водораздел между действительностью и мечтой, отдавая предпочтение вымыслу о счастливом исходе трагических обстоятельств.
ТИМ ТАЛЕР, ИЛИ ПРОДАННЫЙ СМЕХ
Год назад Сергей Захарин принял должность главного режиссера театра «Глобус». Его первая работа в новой должности и первая премьера 96-го сезона на большой сцене – музыкальный спектакль для всей семьи «Тим Талер, или Проданный смех» по мотивам повести Джеймса Крюса.
Постановщик ужал громоздкий первоисточник до простой и внятной истории, универсальной для любого времени и любой точки на карте. Усилил тему первой любви, которая проходит через непростые испытания. Завязал интригу на харизматичной троице приспешников черта с отсылкой к Воланду. Особым достижением постановки стали специально написанные для «Глобуса» музыкальные хиты уровня бродвейского мюзикла. Под воздействием зажигательных или лирических вокально-танцевальных композиций зал с первых минут действия вовлекается в стихию захватывающих приключений.
Двенадцать эксклюзивных инсценировок – показатель уникальности театра «Глобус», его творческой энергии, его созвучии дню сегодняшнему. Солнце светит, шарик крутится, корабль плывет, пути необозримы.
Яна Колесинская
27 февраля 2026 г.
Из частного слагается общее, а единое целое состоит из моментов. Моменты театральной жизни складываются в цельную картину дня.
«Глобус» – единственный театр в Новосибирске, где раскинулся зимний сад. В нем произрастает 45 видов экзотических растений в количестве 200 экземпляров. Лет ему столько, сколько и зданию, а чтобы он всегда выглядел как новенький, требуется регулярный и грамотный уход.
Утром в нижнем фойе театра пахнет мокрой землей и лесом. Вода брызжет из шланга, образуя радужную взвесь. Сто оттенков зеленого переливаются в солнечных каплях. Если деревья сбрасывают листья, то на их месте вскоре проклевываются новорожденные – нежного светло-салатового цвета. Театр начинается с зимнего сада, и только потом с вешалки. Зимний сад – первое, что бросается в глаза, едва минуешь контролеров, и глаз от него не отвести. Лучше приходить на спектакль заранее, чтобы разглядеть в подробностях произведение оранжерейного искусства.
Между миниатюрных альпийских горок и на фоне панорамных окон распускаются соцветья экзотических растений. У них кончается зимняя пауза; ближе к весне начинается массовое цветение, а пока пробиваются к свету отдельные экземпляры. Ярким огоньком вспыхивает пахистахис, который в народе называют Старинный Канделябр, Золотая Креветка, Леденец, Желтая свеча за вертикаль желтого с нежными белыми крылышками бутона. Рядом вылупился спатифиллум, что значит в переводе «лист с покрывалом», потому что желтый початок с кисточкой защищен от всех непогод белым лепестком. В народе его называют белый парус, а всего в саду три сорта этого растения. Столько же сортов антуриума и сансивьеры, а бугенвилии целых пять…
Стрелиция Николая, названная в честь Великого князя, бывшего патроном петербургского ботсада, тоже зацвела. В народе эту чудо-пальму кличут райской птицей за роскошные листья, подобные крыльям, а перья цветов, взметнувшиеся из расколовшейся коробочки, напоминают птицу с белым гребнем и лиловым клювом. Райская птица примостилась на самой верхушке выкарабкавшегося из мясистых листьев одеревеневшего ствола. Для него театральный садовник Наталья Суходулова заказала подпорки, чтобы не переломился пополам, а продолжал постукивать коготками в окно, с трехметрового роста наблюдая за монотонностью снегопада. За спиной у стрелиции раскинулись райские кущи, расположенные в определенном порядке, чтобы не мешать друг другу, а цвести согласно своей природе.
Зимний сад театра уже отметил свое сорокалетие. Он ровесник здания, открывшегося для зрителей в 1984 году. Главный архитектор «парусника» Михаил Стародубов и разработчик проекта Анатолий Сабиров учли пожелания директора тогда еще тюза Нины Никульковой и предусмотрели место для зимнего сада. А дальше к ее идее подключился известный сибирский биолог Юрий Овчинников (сегодня он создатель единственного в округе бонсай-парка, главный специалист группы ландшафтной архитектуры и фитодизайна Центрального сибирского ботанического сада СО РАН). Он придумал главного хранителя зимнего сада, и теперь трехглавый дракон, выпиленный из дубового ствола и его мощных ответвлений, возвышается над зеленым царством. Также с его подачи многие растения были перевезены сюда из Академгородка.
Фикус Бенджамина, самый заметный из них, идеально прижился и принялся неистово расти, грозя пробить верхушкой шестиметровый потолок. Юрий Викторович еще раз приехал в театр для консультации и показал, как надо производить обрезку акселерата, чтобы создать оптимальную циркуляцию воздуха внутри кроны и сделать силуэт дерева пышным и эстетически привлекательным. Ну и спасти потолок.
На тот момент в зимнем саду уже работала ученый агроном, мастер ландшафтного дизайна Наталья Суходулова. Она, помимо второго высшего в аграрном университете, занималась у старшего коллеги на курсах бонсая, а на собственной даче нарабатывала опыт разведения редких сортов цветов и кустарников. Свою деятельность в «Глобусе» около десяти лет назад она начала, по совету мэтра, с приведения в порядок непролазных дебрей, в которые разросся сад. Сотрудники охраны, наблюдавшие их каждый день, шутили, что подросткам в самый раз там прятаться и целоваться, а теперь всё просвечивает, как на ладони.
Каждое из 45 видов растений в зимнем саду требует индивидуального подхода. Важно всё: как купировать, как располагать относительно света, с какой интенсивностью и периодичностью поливать и опрыскивать. «У нас есть южный бамбук. Это не драцена, которую под видом бамбука продают, а настоящий. Юрий Викторович в свое время согнул из него арку, но по старости лет тонкие стебли перестали выдерживать собственный вес и потребовали металлическую опору», – поясняет Наталья Суходулова. Рядом – на первый взгляд такое же дерево-близнец, но на самом деле фикус иволистный Али. Он похож на бамбук лишь формой листьев, а ствол у него крепкий и устойчивый.
На задворках зимнего сада, ближе к окну, притаились два лимонных дерева. Одно из них начиналось в доме легендарного Лаврентия Сорокина; теперь оно здесь в память о нем. «Спустя два года появился один цветочек и один лимончик, а теперь вон их сколько», – говорит Наталья Суходулова и угощает сотрудников созревшими плодами. У них толстая кожура, обилие семечек и терпкий горьковатый вкус.
Ненавязчивый фон для аристократических видов создают, назовем их так, простолюдины. Нефролепис – известный всем папоротник, который в народе прозвали зеркало души и жар-цвет. Заросли папоротника заполоняют как близлежащие, так и таежные леса, производя у туриста впечатление телепортации в мезозойскую эру. Отсюда и легенды, приписывающие обычной траве-мураве взаимоисключающие свойства, от гарантии семейной гармонии до энергетического вампиризма. Также буйно папоротник кустится в любом помещении, выполняя декоративную функцию, безо всяких уклонов в эзотерику. В зимнем саду он проглядывает то там, то сям, а горшки с его упорядоченными лопастями, расположившись на ступенях театральных лестниц, выглядят внушительно и стильно.
Неприхотлив и сциндапсус – самая обычная лиана, весьма привлекательная для комнатного садоводства. В народе его называют мужегон – возможно потому, что надо же найти виноватого в семейном разладе. По другой версии, листья сциндапсуса благодаря своей сердцевидной форме считаются символом умиротворения. В зимнем саду театра лиана заполняет пустоты, колосится на затемненных участках, карабкается по камням, обвивает стволы. Растения образуют единый ансамбль, в котором, как в идеальной композиции, всё упорядочено, всё находится на своих местах. Всё двигается, меняется, дышит, цветет согласно законам природы.
Яна Колесинская
4 февраля 2026 г.
Утром в нижнем фойе театра пахнет мокрой землей и лесом. Вода брызжет из шланга, образуя радужную взвесь. Сто оттенков зеленого переливаются в солнечных каплях. Если деревья сбрасывают листья, то на их месте вскоре проклевываются новорожденные – нежного светло-салатового цвета. Театр начинается с зимнего сада, и только потом с вешалки. Зимний сад – первое, что бросается в глаза, едва минуешь контролеров, и глаз от него не отвести. Лучше приходить на спектакль заранее, чтобы разглядеть в подробностях произведение оранжерейного искусства.
Между миниатюрных альпийских горок и на фоне панорамных окон распускаются соцветья экзотических растений. У них кончается зимняя пауза; ближе к весне начинается массовое цветение, а пока пробиваются к свету отдельные экземпляры. Ярким огоньком вспыхивает пахистахис, который в народе называют Старинный Канделябр, Золотая Креветка, Леденец, Желтая свеча за вертикаль желтого с нежными белыми крылышками бутона. Рядом вылупился спатифиллум, что значит в переводе «лист с покрывалом», потому что желтый початок с кисточкой защищен от всех непогод белым лепестком. В народе его называют белый парус, а всего в саду три сорта этого растения. Столько же сортов антуриума и сансивьеры, а бугенвилии целых пять…
Стрелиция Николая, названная в честь Великого князя, бывшего патроном петербургского ботсада, тоже зацвела. В народе эту чудо-пальму кличут райской птицей за роскошные листья, подобные крыльям, а перья цветов, взметнувшиеся из расколовшейся коробочки, напоминают птицу с белым гребнем и лиловым клювом. Райская птица примостилась на самой верхушке выкарабкавшегося из мясистых листьев одеревеневшего ствола. Для него театральный садовник Наталья Суходулова заказала подпорки, чтобы не переломился пополам, а продолжал постукивать коготками в окно, с трехметрового роста наблюдая за монотонностью снегопада. За спиной у стрелиции раскинулись райские кущи, расположенные в определенном порядке, чтобы не мешать друг другу, а цвести согласно своей природе.
Зимний сад театра уже отметил свое сорокалетие. Он ровесник здания, открывшегося для зрителей в 1984 году. Главный архитектор «парусника» Михаил Стародубов и разработчик проекта Анатолий Сабиров учли пожелания директора тогда еще тюза Нины Никульковой и предусмотрели место для зимнего сада. А дальше к ее идее подключился известный сибирский биолог Юрий Овчинников (сегодня он создатель единственного в округе бонсай-парка, главный специалист группы ландшафтной архитектуры и фитодизайна Центрального сибирского ботанического сада СО РАН). Он придумал главного хранителя зимнего сада, и теперь трехглавый дракон, выпиленный из дубового ствола и его мощных ответвлений, возвышается над зеленым царством. Также с его подачи многие растения были перевезены сюда из Академгородка.
Фикус Бенджамина, самый заметный из них, идеально прижился и принялся неистово расти, грозя пробить верхушкой шестиметровый потолок. Юрий Викторович еще раз приехал в театр для консультации и показал, как надо производить обрезку акселерата, чтобы создать оптимальную циркуляцию воздуха внутри кроны и сделать силуэт дерева пышным и эстетически привлекательным. Ну и спасти потолок.
На тот момент в зимнем саду уже работала ученый агроном, мастер ландшафтного дизайна Наталья Суходулова. Она, помимо второго высшего в аграрном университете, занималась у старшего коллеги на курсах бонсая, а на собственной даче нарабатывала опыт разведения редких сортов цветов и кустарников. Свою деятельность в «Глобусе» около десяти лет назад она начала, по совету мэтра, с приведения в порядок непролазных дебрей, в которые разросся сад. Сотрудники охраны, наблюдавшие их каждый день, шутили, что подросткам в самый раз там прятаться и целоваться, а теперь всё просвечивает, как на ладони.
Каждое из 45 видов растений в зимнем саду требует индивидуального подхода. Важно всё: как купировать, как располагать относительно света, с какой интенсивностью и периодичностью поливать и опрыскивать. «У нас есть южный бамбук. Это не драцена, которую под видом бамбука продают, а настоящий. Юрий Викторович в свое время согнул из него арку, но по старости лет тонкие стебли перестали выдерживать собственный вес и потребовали металлическую опору», – поясняет Наталья Суходулова. Рядом – на первый взгляд такое же дерево-близнец, но на самом деле фикус иволистный Али. Он похож на бамбук лишь формой листьев, а ствол у него крепкий и устойчивый.
На задворках зимнего сада, ближе к окну, притаились два лимонных дерева. Одно из них начиналось в доме легендарного Лаврентия Сорокина; теперь оно здесь в память о нем. «Спустя два года появился один цветочек и один лимончик, а теперь вон их сколько», – говорит Наталья Суходулова и угощает сотрудников созревшими плодами. У них толстая кожура, обилие семечек и терпкий горьковатый вкус.
Ненавязчивый фон для аристократических видов создают, назовем их так, простолюдины. Нефролепис – известный всем папоротник, который в народе прозвали зеркало души и жар-цвет. Заросли папоротника заполоняют как близлежащие, так и таежные леса, производя у туриста впечатление телепортации в мезозойскую эру. Отсюда и легенды, приписывающие обычной траве-мураве взаимоисключающие свойства, от гарантии семейной гармонии до энергетического вампиризма. Также буйно папоротник кустится в любом помещении, выполняя декоративную функцию, безо всяких уклонов в эзотерику. В зимнем саду он проглядывает то там, то сям, а горшки с его упорядоченными лопастями, расположившись на ступенях театральных лестниц, выглядят внушительно и стильно.
Неприхотлив и сциндапсус – самая обычная лиана, весьма привлекательная для комнатного садоводства. В народе его называют мужегон – возможно потому, что надо же найти виноватого в семейном разладе. По другой версии, листья сциндапсуса благодаря своей сердцевидной форме считаются символом умиротворения. В зимнем саду театра лиана заполняет пустоты, колосится на затемненных участках, карабкается по камням, обвивает стволы. Растения образуют единый ансамбль, в котором, как в идеальной композиции, всё упорядочено, всё находится на своих местах. Всё двигается, меняется, дышит, цветет согласно законам природы.
Яна Колесинская
4 февраля 2026 г.
Театр начинается с сада
В капле можно разглядеть море, а в эпизоде - портрет спектакля. Наиболее важная и яркая сцена выражает образ, импульс, идею, мысль, послание творческой команды залу. Сегодня в фокусе нашего внимания - эпизоды из категории «комический дуэт».
В спектаклях «Мальчики» (режиссер Артем Терехин), «Собаки» (режиссер Константин Яковлев), «Женитьба Бальзаминова» (режиссер Нина Чусова) содержатся эпизоды из категории «абсурд», а также «движуха и драйв». За них отвечают актеры с ярко выраженным комическим дарованием: Алексей Архипов, Алексей Кучинский, Александр Петров.
На сцене встречаются эпизодические персонажи, которые вроде и не нужны, но без них не хватает соли. Они обычно ходят парами, появляются неожиданно, ставят кляксы в страницу чистописания, и эта клякса расплывается в умильную рожицу. Рожица корчится от смеха, а эти комики предельно серьезны и даже важничают. Главные герои косятся на них с подозрением, но сознают значение абсурда в текущей повседневности.
Возьмем «Мальчиков». Романтическая история Владислава Крапивина о детской дружбе не нуждается в вензелях. И вдруг возникают двое не пойми кто – Юрик и Антошка (Алексей Архипов и Александр Петров). Они как бы пятилетние дети, младше главных героев раза в полтора, но одновременно и бородатые мужики в панамках и штанах на лямках. Сидят, разглагольствуют, каламбурят, делают глубокомысленные выводы, умничают с уклоном в филологические дебри.
Инсценировка Артема Терехина повести Владислава Крапивина содержит концептуальный момент. «Дети так не говорят!» –прилетает Юрику и Антошке. «Дети так и не выглядят!» – парируют малыши-придумаши. Да и само детство так не выглядит, когда проживаешь его здесь и сейчас. Оно преображено воспоминаниями взрослого человека, путешествующего в светлое прошлое. Там трава неестественно зелена, как на картине, а сами дети безгрешны, как в первоначальном замысле создателя. За горизонтом невозвратимого брезжит что-то неосознанное, растворившееся в дымке времени, мерцающее загадкой, дразнящее ускользающей ирреальностью, и чем дальше будут отдаляться те события, тем причудливее станут воспоминания.
В спектакле «Собаки» персонажи тоже вспоминают, какими они были в прошлой жизни. Теперь они, лишенные дома, выброшенные хозяевами в овраг, либо сентиментальны, либо озлоблены. Мимо них с лихим свистом проносится парочка из другого мира, существующая в формате самопрезентации. Благополучные, обеспеченные, откормленные Доберман и Бульдог (Алексей Кучинский и Александр Петров) не ведают, что такое предательство человека, зато умеют демонстрировать свое превосходство – играть мускулами, скалиться, рычать, пугать. Два тупоголовых альфа-самца устрашающи так же, как и комичны в своей гипертрофированной брутальности.
Если собаки являются отражением своих хозяев, то хозяевами Добермана и Бульдога могли быть братья Пеженовы из «Женитьбы Бальзаминова» (Алексей Архипов и Алексей Кучинский). Амбал и крепыш, оба с дубинками, суровы и немногословны, да и мыслью ничуть не обременены. До одури режутся в карты, при этом бдительно надзирают за незамужними сестрами а la Барби (Мария Соболева и Арина Литвиненко). Одна куколка в розовом, другая в изумрудном: кудряшки, колготки-сеточка, туфли на платформе, откровенное мини. Раиса и Анфиса совершенно не практичны и не приспособлены к реальности, маются от безделья, томятся от нереализованной сексуальности, ждут и жаждут перемены участи. Сбежать бы, всё равно с кем и куда, хоть в красивую жизнь с Кеном, хоть в тундру с Кола Бельды.
Сестры улизнули, братья упустили. Парни, похлопывая своими палками по бедрам и по сторонам, весьма эффектно смотрятся в полумраке ночи, в синем мертвецком свете прожекторных фильтров. От души отбуцкали первого попавшегося, а это бедняга Бальзаминов, поставивший не на ту лошадку. Ничего, скоро его подберет дебелая девица Белотелова. Что касается Пеженовых, их дальнейшая участь неизвестна.
В хорошем спектакле не бывает случайностей. Каждый персонаж работает на идею, как и весь ансамбль. Актерский ансамбль – это и есть единство главного и второстепенного, взаимодействие всех участников сюжета. И если в нем появляется парочка комедиантов, то это неспроста. Стоит вглядеться в них повнимательнее – они вам еще и подмигнут украдкой.
Яна Колесинская
На фото эпизоды из спектаклей: 1) «Мальчики»; 2) «Собаки»; 3), 4), 5), 6) «Женитьба Бальзаминова».
16 февраля 2026 г.
На сцене встречаются эпизодические персонажи, которые вроде и не нужны, но без них не хватает соли. Они обычно ходят парами, появляются неожиданно, ставят кляксы в страницу чистописания, и эта клякса расплывается в умильную рожицу. Рожица корчится от смеха, а эти комики предельно серьезны и даже важничают. Главные герои косятся на них с подозрением, но сознают значение абсурда в текущей повседневности.
Возьмем «Мальчиков». Романтическая история Владислава Крапивина о детской дружбе не нуждается в вензелях. И вдруг возникают двое не пойми кто – Юрик и Антошка (Алексей Архипов и Александр Петров). Они как бы пятилетние дети, младше главных героев раза в полтора, но одновременно и бородатые мужики в панамках и штанах на лямках. Сидят, разглагольствуют, каламбурят, делают глубокомысленные выводы, умничают с уклоном в филологические дебри.
Инсценировка Артема Терехина повести Владислава Крапивина содержит концептуальный момент. «Дети так не говорят!» –прилетает Юрику и Антошке. «Дети так и не выглядят!» – парируют малыши-придумаши. Да и само детство так не выглядит, когда проживаешь его здесь и сейчас. Оно преображено воспоминаниями взрослого человека, путешествующего в светлое прошлое. Там трава неестественно зелена, как на картине, а сами дети безгрешны, как в первоначальном замысле создателя. За горизонтом невозвратимого брезжит что-то неосознанное, растворившееся в дымке времени, мерцающее загадкой, дразнящее ускользающей ирреальностью, и чем дальше будут отдаляться те события, тем причудливее станут воспоминания.
В спектакле «Собаки» персонажи тоже вспоминают, какими они были в прошлой жизни. Теперь они, лишенные дома, выброшенные хозяевами в овраг, либо сентиментальны, либо озлоблены. Мимо них с лихим свистом проносится парочка из другого мира, существующая в формате самопрезентации. Благополучные, обеспеченные, откормленные Доберман и Бульдог (Алексей Кучинский и Александр Петров) не ведают, что такое предательство человека, зато умеют демонстрировать свое превосходство – играть мускулами, скалиться, рычать, пугать. Два тупоголовых альфа-самца устрашающи так же, как и комичны в своей гипертрофированной брутальности.
Если собаки являются отражением своих хозяев, то хозяевами Добермана и Бульдога могли быть братья Пеженовы из «Женитьбы Бальзаминова» (Алексей Архипов и Алексей Кучинский). Амбал и крепыш, оба с дубинками, суровы и немногословны, да и мыслью ничуть не обременены. До одури режутся в карты, при этом бдительно надзирают за незамужними сестрами а la Барби (Мария Соболева и Арина Литвиненко). Одна куколка в розовом, другая в изумрудном: кудряшки, колготки-сеточка, туфли на платформе, откровенное мини. Раиса и Анфиса совершенно не практичны и не приспособлены к реальности, маются от безделья, томятся от нереализованной сексуальности, ждут и жаждут перемены участи. Сбежать бы, всё равно с кем и куда, хоть в красивую жизнь с Кеном, хоть в тундру с Кола Бельды.
Сестры улизнули, братья упустили. Парни, похлопывая своими палками по бедрам и по сторонам, весьма эффектно смотрятся в полумраке ночи, в синем мертвецком свете прожекторных фильтров. От души отбуцкали первого попавшегося, а это бедняга Бальзаминов, поставивший не на ту лошадку. Ничего, скоро его подберет дебелая девица Белотелова. Что касается Пеженовых, их дальнейшая участь неизвестна.
В хорошем спектакле не бывает случайностей. Каждый персонаж работает на идею, как и весь ансамбль. Актерский ансамбль – это и есть единство главного и второстепенного, взаимодействие всех участников сюжета. И если в нем появляется парочка комедиантов, то это неспроста. Стоит вглядеться в них повнимательнее – они вам еще и подмигнут украдкой.
Яна Колесинская
На фото эпизоды из спектаклей: 1) «Мальчики»; 2) «Собаки»; 3), 4), 5), 6) «Женитьба Бальзаминова».
16 февраля 2026 г.
Парочка комедиантов
МЫ ИДЕМ ПО КРАСНОМУ ПРОСПЕКТУ
Спектакль-променад создают участники молодежного проекта театра «Глобус» в рамках лаборатории актуальной культуры «Культ-Трек». В результате ее работы новосибирцы и гости города получат аудиогид по интересным местам столицы Сибири.
Волонтерская лаборатория «Культ-Трек» собрала в гостевой театра старшеклассников и студентов колледжей и вузов. Это ребята не случайные, а театральные, заинтересованные, прогретые инициативами отдела творческих проектов. Им предложили объединиться в идее исследования города и созданию его образа, сделаться творцами нового пространства, расширить миссию волонтера, а для этого научиться многим интересным и даже захватывающим вещам.
Тема первой встречи с культурологом Ириной Анцуповой – «Новосибирск: как читать город». Участники осваивались, знакомились, приглядывались друг к другу, чтобы вскоре сделаться единомышленниками и соавторами. Снежа, Варя, Алена, Арина, Алина, Ася, Варя, Виталина, Дарья, Карина, Маргарита (и многие другие) … Волонтерство, стихосложение, рисование, скалолазание, бисероплетение, продюсирование, акробатика, видеомонтаж, китайский язык, французский язык – сферы их занятий, к которым прибавится еще одна. Скоро им предстоит стать создателями аудиогида по таинственным местам Новосибирска. А начали с самого простого – назвали улицы Новосибирска в алфавитном порядке. Это была всего лишь разминка перед более сложными заданиями, которые включили фантазию, разожгли азарт, погрузили в стихию коллективного творчества.
Тема следующего занятия – «Коммуникация, как ключ к искусству». Ведущие театрализованных представлений, импровизаторы Станислав Мичурин и Алексей Бычков явились трансляторами ценного опыта. Аудитория, желающая чувствовать себя свободно в общении с незнакомыми людьми, без стеснения брать интервью, самим отвечать на каверзные вопросы, мгновенно реагировать на неожиданные ситуации, превратилась в слух. Но сидеть сложа руки было не предусмотрено. В гостевой началось броуновское движение, мозги плавились и кипели! Попробуй-ка без заминки назвать слова на одну букву, причем больше пяти, а лучше 15. Или аргументированно обосновать, зачем брать в поход портрет Петра Первого или бабушкино вязание. Но самое главное, к чему они целенаправленно шли, было впереди.
На следующем этапе юные исследователи встретились с драматургом Александром Липовским. Получился эмоциональный разговор о городах миллионниках и их отличиях от Новосибирска и о самом Новосибирске, который нередко воспринимается как серый, скучный, необустроенный, несмотря на звание столицы Сибири. А ведь у каждого есть связанные с нашим городом занятные истории, любимые места, особые воспоминания. У иногородних студентов, приехавших из Новокузнецка, Якутии, Казахстана – новый взгляд на привычные для нас и незамечаемые многими вещи. И это не хрестоматийные знания, не факты, почерпнутые из общеизвестных мифов или рассказов экскурсоводов, а личное восприятие Новосибирска и личное отношение к нему. Хотя, признался руководитель этой затеи, он хоть и родился и вырос в Новосибирске, а после того как побывал на экскурсии, кардинально изменил вектор восприятия, будто попал в этот город впервые. Мотивирующий вывод таков: есть над чем работать и что искать!
Его любимый маршрут, исхоженный по молодости с друзьями-актерами, рассказал Александр Липовской, – участок от Богаткова до Зыряновской. Наверное, у всех есть что-то подобное. Потаенные дворы, арки, скамейки, переулки-закоулки и даже подъезды, например уникальный подъезд Дома под часами – всё это может стать точками маршрутной карты. В географию походов можно включить исторический центр – Каменская, Каинская, Чаплыгина, Коммунистическая, да и сам Красный проспект с уникальными объектами конструктивизма. А главное, те пространства, которые стали личными местами силы.
После коллективных и индивидуальных экскурсий, прогулок, вылазок, марш-бросков соберутся истории от юных исследователей. На основе этого материала Александр Липовской займется оформлением спектакля-променада, который появится в «Глобусе» уже этой весной. И у нас появятся новые мифы про Новосибирск.
Проект реализуется при поддержке гранта Министерства региональной политики Новосибирской области
13 февраля
Спектакль-променад создают участники молодежного проекта театра «Глобус» в рамках лаборатории актуальной культуры «Культ-Трек». В результате ее работы новосибирцы и гости города получат аудиогид по интересным местам столицы Сибири.
Волонтерская лаборатория «Культ-Трек» собрала в гостевой театра старшеклассников и студентов колледжей и вузов. Это ребята не случайные, а театральные, заинтересованные, прогретые инициативами отдела творческих проектов. Им предложили объединиться в идее исследования города и созданию его образа, сделаться творцами нового пространства, расширить миссию волонтера, а для этого научиться многим интересным и даже захватывающим вещам.
Тема первой встречи с культурологом Ириной Анцуповой – «Новосибирск: как читать город». Участники осваивались, знакомились, приглядывались друг к другу, чтобы вскоре сделаться единомышленниками и соавторами. Снежа, Варя, Алена, Арина, Алина, Ася, Варя, Виталина, Дарья, Карина, Маргарита (и многие другие) … Волонтерство, стихосложение, рисование, скалолазание, бисероплетение, продюсирование, акробатика, видеомонтаж, китайский язык, французский язык – сферы их занятий, к которым прибавится еще одна. Скоро им предстоит стать создателями аудиогида по таинственным местам Новосибирска. А начали с самого простого – назвали улицы Новосибирска в алфавитном порядке. Это была всего лишь разминка перед более сложными заданиями, которые включили фантазию, разожгли азарт, погрузили в стихию коллективного творчества.
Тема следующего занятия – «Коммуникация, как ключ к искусству». Ведущие театрализованных представлений, импровизаторы Станислав Мичурин и Алексей Бычков явились трансляторами ценного опыта. Аудитория, желающая чувствовать себя свободно в общении с незнакомыми людьми, без стеснения брать интервью, самим отвечать на каверзные вопросы, мгновенно реагировать на неожиданные ситуации, превратилась в слух. Но сидеть сложа руки было не предусмотрено. В гостевой началось броуновское движение, мозги плавились и кипели! Попробуй-ка без заминки назвать слова на одну букву, причем больше пяти, а лучше 15. Или аргументированно обосновать, зачем брать в поход портрет Петра Первого или бабушкино вязание. Но самое главное, к чему они целенаправленно шли, было впереди.
На следующем этапе юные исследователи встретились с драматургом Александром Липовским. Получился эмоциональный разговор о городах миллионниках и их отличиях от Новосибирска и о самом Новосибирске, который нередко воспринимается как серый, скучный, необустроенный, несмотря на звание столицы Сибири. А ведь у каждого есть связанные с нашим городом занятные истории, любимые места, особые воспоминания. У иногородних студентов, приехавших из Новокузнецка, Якутии, Казахстана – новый взгляд на привычные для нас и незамечаемые многими вещи. И это не хрестоматийные знания, не факты, почерпнутые из общеизвестных мифов или рассказов экскурсоводов, а личное восприятие Новосибирска и личное отношение к нему. Хотя, признался руководитель этой затеи, он хоть и родился и вырос в Новосибирске, а после того как побывал на экскурсии, кардинально изменил вектор восприятия, будто попал в этот город впервые. Мотивирующий вывод таков: есть над чем работать и что искать!
Его любимый маршрут, исхоженный по молодости с друзьями-актерами, рассказал Александр Липовской, – участок от Богаткова до Зыряновской. Наверное, у всех есть что-то подобное. Потаенные дворы, арки, скамейки, переулки-закоулки и даже подъезды, например уникальный подъезд Дома под часами – всё это может стать точками маршрутной карты. В географию походов можно включить исторический центр – Каменская, Каинская, Чаплыгина, Коммунистическая, да и сам Красный проспект с уникальными объектами конструктивизма. А главное, те пространства, которые стали личными местами силы.
После коллективных и индивидуальных экскурсий, прогулок, вылазок, марш-бросков соберутся истории от юных исследователей. На основе этого материала Александр Липовской займется оформлением спектакля-променада, который появится в «Глобусе» уже этой весной. И у нас появятся новые мифы про Новосибирск.
Проект реализуется при поддержке гранта Министерства региональной политики Новосибирской области
13 февраля
ЗВЕЗДЫ, ЗЕМЛЯНЕ И ТРИ «З»
«В театральном пространстве Black Boxс 25 февраля состоялась премьера спектакля для самых маленьких зрителей «Эволюция, или Откуда я взялся». Режиссер и автор идеи Варвара Попова, в ролях звездных пришельцев Анна Замараева, Элина Зяблова, Иван Зрячев. В роли кроманьонца Андрей Калашник.
Театр «Глобус» продолжает воспитывать аудиторию с пеленок. «Эволюция, или Откуда я взялся» – пятый спектакль репертуара с пометкой 0+ и третий бэби-интерактив после «Дракошиной истории» и «Малышей-придумашей». Но там маленькие зрители знакомились со сказками, а здесь попали на свой первый урок. Ничего зубрить не потребовалось, хотя вместе со звездными пришельцами они и повторяли по слогам замысловатые слова вроде «ихтиостега». Это задание было частью увлекательной игры, предполагавшей любые детские выкрутасы.
Ребятня пела песенку ихтиостеги, топала и хлопала, знакомилась с трилобитом, пробовала на ощупь водичку из струящейся органзы, помогала обезьянке собирать рассыпавшиеся фрукты, выкрикивала волшебные слова «ники-нуки-наки-ник!» Играла в «Морскую фигуру, замри!», в результате чего появились морская балерина, морская звездочка, морской зайчик, морской конек… Смотрела песочное шоу, где картинка-сепия, ежесекундно меняясь, в ускоренном темпе повторяла принцип эволюции, когда всё течет и ничто не остается на месте.
Спрашивается, откуда здесь звездные пришельцы? А из теории Большого взрыва, согласно которой всё, что появилось на земле, можно считать частичками большого Космоса. Из этих самых частичек миллионы лет назад… Маленькая Звездочка закрепила урок: «Сначала на земле были газики. Потом они начали бурлить в вулканчиках и появились живые клеточки. Они стали объединяться и появилась водичка. А в водичке появились первые растения. Следом – первые рыбки!» И так далее, до нашей эры.
По космическому стечению обстоятельств, звездами стали актеры труппы, у которых фамилии начинаются на букву «З». Их персонажи объединились в семью, в которой Мама Звезда (Элина Зяблова) и папа Звезда (Иван Зрячев) решили рассказать маленькой Звездочке (Анна Замарева), откуда взялся человек. Чтобы посмотреть, каким он стал в процессе эволюции, они прилетели на планету Земля и подружились с землянами. В гости к ним заглянул Кроманьонец – наш анний предок. Смешной такой, глупый, неумелый, не то что мы с вами.
Так что же, от обезьяны произошел кроманьонец или от инопланетян? Одно нисколько не противоречит другому, а усваивается то, что проще понять. Эволюция в том и состоит, чтобы двигаться от простого к сложному – как в глобальном смысле, так и в репертуарном. Начинаем с 0+ и шагаем дальше, в соответствии с взрослением.
Яна Колесинская
26 февраля 2026 г.
«В театральном пространстве Black Boxс 25 февраля состоялась премьера спектакля для самых маленьких зрителей «Эволюция, или Откуда я взялся». Режиссер и автор идеи Варвара Попова, в ролях звездных пришельцев Анна Замараева, Элина Зяблова, Иван Зрячев. В роли кроманьонца Андрей Калашник.
Театр «Глобус» продолжает воспитывать аудиторию с пеленок. «Эволюция, или Откуда я взялся» – пятый спектакль репертуара с пометкой 0+ и третий бэби-интерактив после «Дракошиной истории» и «Малышей-придумашей». Но там маленькие зрители знакомились со сказками, а здесь попали на свой первый урок. Ничего зубрить не потребовалось, хотя вместе со звездными пришельцами они и повторяли по слогам замысловатые слова вроде «ихтиостега». Это задание было частью увлекательной игры, предполагавшей любые детские выкрутасы.
Ребятня пела песенку ихтиостеги, топала и хлопала, знакомилась с трилобитом, пробовала на ощупь водичку из струящейся органзы, помогала обезьянке собирать рассыпавшиеся фрукты, выкрикивала волшебные слова «ники-нуки-наки-ник!» Играла в «Морскую фигуру, замри!», в результате чего появились морская балерина, морская звездочка, морской зайчик, морской конек… Смотрела песочное шоу, где картинка-сепия, ежесекундно меняясь, в ускоренном темпе повторяла принцип эволюции, когда всё течет и ничто не остается на месте.
Спрашивается, откуда здесь звездные пришельцы? А из теории Большого взрыва, согласно которой всё, что появилось на земле, можно считать частичками большого Космоса. Из этих самых частичек миллионы лет назад… Маленькая Звездочка закрепила урок: «Сначала на земле были газики. Потом они начали бурлить в вулканчиках и появились живые клеточки. Они стали объединяться и появилась водичка. А в водичке появились первые растения. Следом – первые рыбки!» И так далее, до нашей эры.
По космическому стечению обстоятельств, звездами стали актеры труппы, у которых фамилии начинаются на букву «З». Их персонажи объединились в семью, в которой Мама Звезда (Элина Зяблова) и папа Звезда (Иван Зрячев) решили рассказать маленькой Звездочке (Анна Замарева), откуда взялся человек. Чтобы посмотреть, каким он стал в процессе эволюции, они прилетели на планету Земля и подружились с землянами. В гости к ним заглянул Кроманьонец – наш анний предок. Смешной такой, глупый, неумелый, не то что мы с вами.
Так что же, от обезьяны произошел кроманьонец или от инопланетян? Одно нисколько не противоречит другому, а усваивается то, что проще понять. Эволюция в том и состоит, чтобы двигаться от простого к сложному – как в глобальном смысле, так и в репертуарном. Начинаем с 0+ и шагаем дальше, в соответствии с взрослением.
Яна Колесинская
26 февраля 2026 г.
НЕОБЫКНОВЕННАЯ ЛЕГКОСТЬ БЫТИЯ
«Оскар и Розова Дама»: моноспектакль заслуженной артистки России Светланы Галкиной, режиссер Павел Южаков. Премьера возобновленной версии состоялась в арт-пространстве Black Box 22 января.
Его зовут Оскар. Ему десять лет. Он неизлечимо болен. Жить ему осталось 12 дней… Сухой остаток он проживает на всю катушку. Возможно ли такое? Почему зрители плачут сначала от сострадания, а потом от необыкновенной легкости бытия?
Ничем не оправдать смерть ребенка. Никакой логикой не объяснить угасание от рака, неисправимую ошибку природы, бесстрастные эксперименты высших сил. Никакой мудростью не обосновать смысл оборвавшегося на взлете жизненного пути, когда еще ничего не успел и никем не стал.
Но сказано же раз и навсегда: если мы не можем изменить ситуацию, то давайте изменим отношение к ней. Спектакль Павла Южакова «Оскар и Розовая Дама» – не просто художественный акт, а терапевтический мастер-класс по духовному исцелению на пороге небытия. Его проводят двое – десятилетний пациент онкологической клиники Оскар и старая сиделка-волонтер, которую мальчик называет бабушка Роза.
Взрослый учит ребенка терпению и принятию. Раскрывает механизмы, помогающие выстоять. Показывает самый гуманный и единственно возможный выход из безнадежной ситуации. Объясняет, каким образом научиться ценить каждый прожитый миг. Оскар пишет письма Богу, о существовании которого до сих пор не подозревал. Начинает думать и рассуждать, как мудрец. Решает вопросы, которые и взрослым-то не по плечу.
Бабушка Роза тоже многому у него научилась. Казалось бы, всё давно изведано и открыто, но благодаря Оскару она ступила на новую для себя территорию безусловной любви. Ничто не могло примирить ее с жуткими гримасами судьбы, а лет ей уже под 90. Но, говорит она, «ради него я придумывала всякие небылицы», которые оказались правдой. Произошло главное, что, казалось бы, уже не могло произойти: «Он помог мне поверить в Бога». Это финальное откровение – из редкой категории парадоксов запредельного спектра.
«Оскар и Розовая Дама» Эрика-Эмманюэля Шмитта – одно из четырех эссе его «Цикла о незримом» на тему духовности и религии. Текст написан как рассказ от первого лица, но режиссеры используют его как пьесу. Раскладывают на десятерых актеров, как московский театр на Малой Ордынке. А петербургская продюсерская компания MakersLab и вовсе сотворила из «Оскара» многонаселенный мюзикл на двух языках, включая жестовый. Канонической версией считается моноспектакль Алисы Фрейндлих 2004-го года (поставленный почти сразу же после публикации текста в России). Алиса Бруновна ведет рассказ от лица Розовой Дамы, которая читает письма Оскара к Богу, плавно переходя к мимике и манерам ребенка, и завершает высказывание прощанием обоих героев с этим миром. «До скорого», – говорит Богу ее Розовая Дама.
Светлана Галкина играет прежде всего мальчишку. Такого, каким он был до болезни. Такого, каким он стал после неудачных операций. И такого, каким он мог бы быть. В ее прочтении Оскар – солнечная личность, светлый мечтатель, обаятельный озорник, безобидный юморист, сформировавшийся реалист, серьезный философ. Бабушка Роза всё время рядом – основательная женщина в красной шали, с насыщенным спортивным прошлым, с низким тембром голоса, которым раньше (легко себе представить) она ставила на место противников, а теперь персонал больницы. Если он (персонал) порывался обидеть ее подопечного.
С каждым письмом Оскар открывает жизнь по-новому, но силы его покидают. Он угасает, затихает, исчезает. А бабушка Роза становится конкретней, зримей, суровей, словно переняла на себя тяжесть его ухода, избавив ребенка и от жалоб, и от сожалений.
Мгновенное перевоплощение – дар воистину большой актрисы. Светлане Галкиной под силу персонажи любого пола, возраста, темперамента и вероисповедания. Если не заглядывать в программку, например, спектакля «Отрочество», то не догадаешься, что тщедушный очкарик Иленька и монстрообразный абъюзер St.Jerome – одно и то же лицо. Оба показаны с легким налетом клоунады и разными оттенками сарказма. А Оскара она рисует лирическими красками, оттеняет воздушной лессировкой, и вдали открываются перед ним неизведанные синие дали, куда нам не попасть.
Историю своих писем к Богу Оскар рассказал, не вставая с больничной кровати. Синее окно. Белая палата. Крашеная дверь. «Не противься ж, Валенька, Он тебя не съест, Золоченый, маленький, Твой крестильный крест», – уговаривала мама другого ребенка, сгорающего от скарлатины. Но девочка осталась верна идеалам пионерской организации. Зачем вы так категоричны, гражданин Багрицкий. Впрочем… Валенька тоже умерла счастливой, ведь не важно, на чем основана вера, главное, что она дает силы. Давайте учиться примиряться с неизбежным, сохраняя чувство собственного достоинства, укрепляя мужество, обретая мудрость. Всё это пригодится нам за порогом.
Яна Колесинская
22 января 2026 г.
«Оскар и Розова Дама»: моноспектакль заслуженной артистки России Светланы Галкиной, режиссер Павел Южаков. Премьера возобновленной версии состоялась в арт-пространстве Black Box 22 января.
Его зовут Оскар. Ему десять лет. Он неизлечимо болен. Жить ему осталось 12 дней… Сухой остаток он проживает на всю катушку. Возможно ли такое? Почему зрители плачут сначала от сострадания, а потом от необыкновенной легкости бытия?
Ничем не оправдать смерть ребенка. Никакой логикой не объяснить угасание от рака, неисправимую ошибку природы, бесстрастные эксперименты высших сил. Никакой мудростью не обосновать смысл оборвавшегося на взлете жизненного пути, когда еще ничего не успел и никем не стал.
Но сказано же раз и навсегда: если мы не можем изменить ситуацию, то давайте изменим отношение к ней. Спектакль Павла Южакова «Оскар и Розовая Дама» – не просто художественный акт, а терапевтический мастер-класс по духовному исцелению на пороге небытия. Его проводят двое – десятилетний пациент онкологической клиники Оскар и старая сиделка-волонтер, которую мальчик называет бабушка Роза.
Взрослый учит ребенка терпению и принятию. Раскрывает механизмы, помогающие выстоять. Показывает самый гуманный и единственно возможный выход из безнадежной ситуации. Объясняет, каким образом научиться ценить каждый прожитый миг. Оскар пишет письма Богу, о существовании которого до сих пор не подозревал. Начинает думать и рассуждать, как мудрец. Решает вопросы, которые и взрослым-то не по плечу.
Бабушка Роза тоже многому у него научилась. Казалось бы, всё давно изведано и открыто, но благодаря Оскару она ступила на новую для себя территорию безусловной любви. Ничто не могло примирить ее с жуткими гримасами судьбы, а лет ей уже под 90. Но, говорит она, «ради него я придумывала всякие небылицы», которые оказались правдой. Произошло главное, что, казалось бы, уже не могло произойти: «Он помог мне поверить в Бога». Это финальное откровение – из редкой категории парадоксов запредельного спектра.
«Оскар и Розовая Дама» Эрика-Эмманюэля Шмитта – одно из четырех эссе его «Цикла о незримом» на тему духовности и религии. Текст написан как рассказ от первого лица, но режиссеры используют его как пьесу. Раскладывают на десятерых актеров, как московский театр на Малой Ордынке. А петербургская продюсерская компания MakersLab и вовсе сотворила из «Оскара» многонаселенный мюзикл на двух языках, включая жестовый. Канонической версией считается моноспектакль Алисы Фрейндлих 2004-го года (поставленный почти сразу же после публикации текста в России). Алиса Бруновна ведет рассказ от лица Розовой Дамы, которая читает письма Оскара к Богу, плавно переходя к мимике и манерам ребенка, и завершает высказывание прощанием обоих героев с этим миром. «До скорого», – говорит Богу ее Розовая Дама.
Светлана Галкина играет прежде всего мальчишку. Такого, каким он был до болезни. Такого, каким он стал после неудачных операций. И такого, каким он мог бы быть. В ее прочтении Оскар – солнечная личность, светлый мечтатель, обаятельный озорник, безобидный юморист, сформировавшийся реалист, серьезный философ. Бабушка Роза всё время рядом – основательная женщина в красной шали, с насыщенным спортивным прошлым, с низким тембром голоса, которым раньше (легко себе представить) она ставила на место противников, а теперь персонал больницы. Если он (персонал) порывался обидеть ее подопечного.
С каждым письмом Оскар открывает жизнь по-новому, но силы его покидают. Он угасает, затихает, исчезает. А бабушка Роза становится конкретней, зримей, суровей, словно переняла на себя тяжесть его ухода, избавив ребенка и от жалоб, и от сожалений.
Мгновенное перевоплощение – дар воистину большой актрисы. Светлане Галкиной под силу персонажи любого пола, возраста, темперамента и вероисповедания. Если не заглядывать в программку, например, спектакля «Отрочество», то не догадаешься, что тщедушный очкарик Иленька и монстрообразный абъюзер St.Jerome – одно и то же лицо. Оба показаны с легким налетом клоунады и разными оттенками сарказма. А Оскара она рисует лирическими красками, оттеняет воздушной лессировкой, и вдали открываются перед ним неизведанные синие дали, куда нам не попасть.
Историю своих писем к Богу Оскар рассказал, не вставая с больничной кровати. Синее окно. Белая палата. Крашеная дверь. «Не противься ж, Валенька, Он тебя не съест, Золоченый, маленький, Твой крестильный крест», – уговаривала мама другого ребенка, сгорающего от скарлатины. Но девочка осталась верна идеалам пионерской организации. Зачем вы так категоричны, гражданин Багрицкий. Впрочем… Валенька тоже умерла счастливой, ведь не важно, на чем основана вера, главное, что она дает силы. Давайте учиться примиряться с неизбежным, сохраняя чувство собственного достоинства, укрепляя мужество, обретая мудрость. Всё это пригодится нам за порогом.
Яна Колесинская
22 января 2026 г.
Колесинская Яна Альбертовна
Редактор, журналист,
фотограф журнала «Резонанс»
8-913-898- 49-04
yanakoleso@yandex.ru
Кремер Инна Владимировна
Заместитель директора
по творческим вопросам
(383) 210-01-52, доб. 2-94
kremer@globus-nsk.ru
Редактор, журналист,
фотограф журнала «Резонанс»
8-913-898- 49-04
yanakoleso@yandex.ru
Кремер Инна Владимировна
Заместитель директора
по творческим вопросам
(383) 210-01-52, доб. 2-94
kremer@globus-nsk.ru
Шейдель Дарья Борисовна
Главный администратор службы работы со зрителем
(383) 223-85-74
sheydel@globus-nsk.ru
Шипилова Александра Валентиновна
Начальник отдела продаж
(383) 223-66-84
bilet@globus-nsk.ru
Билетная касса
(383) 223-88-41
Бронированиe
+7-913-460-71-60 (Whatsapp)
Главный администратор службы работы со зрителем
(383) 223-85-74
sheydel@globus-nsk.ru
Шипилова Александра Валентиновна
Начальник отдела продаж
(383) 223-66-84
bilet@globus-nsk.ru
Билетная касса
(383) 223-88-41
Бронированиe
+7-913-460-71-60 (Whatsapp)
